Спящий сторож

Бывают и такие ситуации, при которых собака, признавая безоговорочным лидером одного из членов семьи, с другими строит свои отношения по своему усмотрению. Такое случается при «попустительстве» со стороны владельца-лидера в семьях, где есть дети. Собака при таком раскладе «воспитывает» детей сама, но при этом берет на себя функции по их защите (или любых других, «подчинённых» ей членов семьи) от посторонних. Один их авторов в младенческом возрасте сам испытал на себе «твёрдую руку» собаки, принадлежавшей его отцу. Это была на редкость самостоятельная и «серьёзная» сука дога, без всякого специального обучения охранявшая дачный участок. (Оставшись вместе с пожилой бабушкой дома, она продержала около дух часов на стремянке газовщика, пришедшего что-то проверить, но ушедшего только с приходом отца семейства). Так вот, «воспитание» ребёнка протекало следующим образом: собака вступала с ним в конфликт в любой ситуации, при которой он как-либо затрагивал её интересы. Кроме того, она имела обыкновение бегать галопом по участку, норовя пробежать в максимальной близости от тогда ещё очень и очень юного автора. Если он делал шаг в сторону (что вполне простительно, ибо голова собаки, стоящей на четырех лапах, доставала ему до плеча), то догиня с торжествующим взлаиванием врезалась в него и, естественно, сбивала с ног. Однажды как-то на прогулке владелец знакомого «сторожевика» (стоя на расстоянии не более метра от автора) замахнулся на свою собаку, допустившую какую-то провинность. Догиня, бегавшая метрах в пяти, расценила этот жест по-своему и в одно мгновение «прокомпостировала» замахнувшемуся руку. Это была последняя прогулка тет-а-тет автора и собаки, но не последняя взаимная дрессировка, поскольку после жалобы владельца «сторожевика» сделали свои выводы родители автора, ограничив территорию взаимодействия ребёнка и собаки рамками дома и дачного участка.

Другая обычная ситуация — это неоправданное перенесение механических представлений о линейной иерархии в группах животных во взаимоотношения собаки и человека. Часто в этом случае человек стремится полностью подавить собаку, не оставляя места индивидуальности и, по существу, оставляя животному, используя нашу терминологию, очень небольшое социальное пространство, низводя её таким образом в нишу «изгоя». Как правило, такой подход сопровождался тщательно скрываемым стразом перед животным и (или) стремлением самоутвердиться.

Ещё одна группа отклонений при «иерархическом» подходе при дрессировке собак при водит к тому, что собака, отдрессированная «на кухне» или площадке, становится неуправляемой в незнакомой ситуации и может перестать подчиняться владельцу и убежать с другой собакой. Такой подход чреват прежде всего тем, что он не очерчивает границ социальной ниши, и поэтому собака в ряде случаев может вести себя, не «согласуя» свои действия с владельцем (не ориентируясь на него).

В нашей практике встречался и такой экзотический, на первый взгляд, случай, наглядно иллюстрирующий предыдущий тезис. Один очень послушный и ласковый с членами семьи боксёр становился агрессивным и неуправляемым в определённой ситуации — при попытке прерывания его контакта с вошедшими в дом людьми (будь то гости или водопроводчик — без разницы). Другими словами, если хозяева мешали собаке приветствовать гостя (облизывать с ног до головы), то она тут же обращала свою энергию (теперь выражаемую в диаметрально противоположной форме — форме агрессии) на того, кто посмел помешать радостной встрече.

Неправильное формирование ролевых функций собаки иногда проявляется и в неоправданном сужении социальных рамок, в которых они (функции) должны «работать». Это происходит при долговременной «ситуативной стереотипизации» дрессировки и выражается обычно в том, что в каких-то знакомых ситуациях собака работает, а в любых незнакомых — нет, буквально демонстрируя непонимание ситуации и полную растерянность. Как пример можно привести собак, получающих дипломы по защитно-караульной службе и неплохо работающих на дрессировочный халат (эти аспекты своей роли «защитника» они выучили на отлично). Но вот беда: многие из этих собак, сталкиваясь с более или менее жизненной ситуацией, теряются и не выполняют возложенных на них функций (кусаются за края одежды или не кусаются вообще и т. д.).

Подобные перекосы во взаимоотношениях владельцев и собаки возникают в тех случаях, когда воспитание собаки происходит без учёта необходимости формирования правильных границ социальной ниши (внутри которой собаке отводятся те или иные функции — та роль, на которую её ориентирует владелец). Иными словами, роль формируется (неважно, направленно или нет), а её границы — нет.

Таким образом, «глобальной» задачей дрессировки является правильное формирование места собаки в семье владельца (её социальной ниши) и, в последующем, тех ролевых функций, которые определит для неё дрессировщик. На конечном этапе дрессировки выполнение собакой тех или иных функций не должно выходить за установленные владельцем рамки. Так, к примеру, служебная собака должна кусаться не тогда, когда ей хочется, а когда подана соответствующая команда или возникла специальная ситуация, требующая от неё соответствующих действий. Сказанное касается и любых других ролевых функций, формируемых у собаки дрессировщиком.

II. ФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ И ЭТОЛОГИЧЕСКИЕ ПРИНЦИПЫ ДРЕССИРОВКИ

Основной задачей дрессировщика является формирование определённых желательных и устранения нежелательных форм поведения собаки, закреплённых желательных форм поведения в виде навыков, создание чётких границ ролевых функций собаки в семье, по отношению к дрессировщику и дрессировочному процессу. Поэтому от дрессировщика требуется не только понимание этологических закономерностей, определяющих взаимоотношения человеческой семьи и собаки, но и достаточно глубокое знание основных принципов формирования и организации целенаправленного поведения животных, которые лежат в основе процесса обучения.

Собака — существо высокоорганизованное, способное улавливать логические взаимосвязи между элементами внешнего мира и решать многие задачи эвристическим путём, то есть посредством ассоциативного обучения, экстраполяции или «инсайта».

Согласно теории функциональных систем академика П. К. Анохина, организм работает по принципу функциональных систем, как единое целое. В нём нет отдельно функционирующих органов, например дыхания, пищеварения, выделения и т. д. Организм — это единое содружество и взаимодействие всех органов и тканей, базирующееся а принципе саморегуляции и взаимодействия. Деятельность организма всегда активно направлена на единый многопараметричный приспособительный результат — выживание.

С этой целью в организме формируются иерархически организованные функциональные системы, каждая из которых обеспечивает достижение своего конкретного приспособительного результата, то есть поддержание и реализацию вполне определённой функции организма (акта глотания, дыхания, двигательного акта, уровней артериального давления крови, метаболических компонентов, питательных веществ и др.), а также формирование и реализацию врождённых и приобретённых форм поведения. Таким образом, наравне с другими существующими функциональными системами организма, в тесной с ними взаимосвязи существуют системы, обеспечивающие деятельность организма на поведенческом, более высоком уровне организации. Поведение, с позиций теории функциональных систем, рассматривается как активное воздействие на среду. Результатом поведения обычно является удовлетворение биологической или социальной потребности организма (например, потребление пищи, воды, достижение лидерства в группе).

Помимо естественных биологических и социальных потребностей организма, формирующих соответствующие мотивации, в организме существует особого рода биологическая потребность в положительных ощущениях. Существование этой потребности было продемонстрировано с помощью методики самостимуляции в экспериментах на различных видах животных. Суть методики заключается в том, что животному представлялась возможность, нажимая на специальную педаль, раздражать определённые структуры собственного мозга. Если кончик электрода, вживлённого перед экспериментом, попадал в особые области мозга (впоследствии названные позитивно-подкрепляющими зонами), то животное, первоначально случайно нажав на педаль, в дальнейшем не отходило от неё, продолжая вновь и вновь давить на неё, получая при этом видимое удовольствие. Такое поведение могло длиться очень долго. Нажимая на педаль по многу сотен раз, животное отказывалось от воды и еды — вплоть до полного изнеможения.

Эти эксперименты доказали возможность на основе самостимуляции определённых структур мозга формирования у животных целенаправленного поведения, приводящего их в конечном итоге в положительно окрашенное эмоциональное состояние. В этом случае конечным приспособительным результатом поведения было не удовлетворение какой-либо из известных потребностей организма, а получение моционально-позитивного подкрепляющего результата.

Эксперименты впервые показали физиологическую сущность положительного подкрепления (в широком смысле этого терминала) как фактора, имеющего ведущее значение в процессах обучения.

С позиций биологической теории эмоций П. К. Анохина, эмоции и их качество предопределяется совпадением или рассогласованием между ожидаемым и получаемым результатом в процессе целенаправленного поведения. При совпадении программируемого результата с реальным (достигнутым) возникает положительная эмоция, при несовпадении — отрицательная.

В процессах обучения механизмы позитивного и негативного подкрепления занимают главенствующее место.

Исходя из концепции академика К. В. Судакова, целостное поведение животных можно подразделить на отдельные структурные поведенческие единицы — «кванты». Каждый «квант» формируется в конечном итого доминирующей потребностью организма (биологической или социальной) и завершается при большем или меньшем её удовлетворении. В основе организации «кванта» поведения лежат те же принципы: что и определяющие деятельность функциональной системы, обеспечивающей врождённое и приобретённое поведение.

Принципиальная схема деятельности функциональной систему целенаправленного поведенческого акта представлена на рис. 2.

Любая поведенческая деятельность собаки также состоит из отдельных поведенческих «квантов», каждый их которых в отдельности в процессе дрессировки, по-видимому, будет соответствовать формируемому навыку.

Давайте попытаемся проанализировать основные закономерности, определяющие поведение собаки во время дрессировки, на примере обучения её навыкам по преодолению препятствий. Эти навыки заключаются в том, что по команде дрессировщика («Вперёд» или «Барьер») собака должна научиться преодолевать любые из указанных ей препятствий различной формы, высоты и конфигурации.

Как же происходит формирование и реализация этих навыков? Что движет собакой и направляет её на преодоление препятствий?

Для того чтобы собака преодолела препятствие, ей необходимо испытывать в этом определённую потребность. Навык преодоления собакой препятствия может быть выработан на базе различных потребностей: в пище, игре, самосохранении и т. д.

Рис. 2. Общая архитектура функциональной системы, представляющая собой основу «концептуального моста» между уровнями системных и аналитических процессов

Предположим, что мы решили обучать собаку, используя потребность в пище. Для этого целенаправленно создаются условия, при которых пищевая потребность становится доминирующей (собаку перед дрессировкой не кормят или ограничивают в пище некоторое время).

Тогда определённые биохимические сигналы в специфических центрах мозга преобразуют деятельность этих центров и особое интегрированное состояние, характеризуемое появлением мотивационного возбуждения, при котором формируется доминирующая мотивация, в нашем случае пищевая. Доминирующая мотивация является мощным организующим и направляющим фактором любого целенаправленного поведения; она формирует функциональную систему, объединяя в неё формирует функциональную систему, объединяя в неё определённые структуры мозга и обеспечивая тем самым реализацию целенаправленного поведенческого акта, ведущего к достижению приспособительного результата. В нашем случае, преодолев препятствие, собака должна полностью или частично насытится. Доминирующая мотивация также активизирует процессы генетической и приобретённой памяти животного, отражающие предыдущий опыт собаки, всю необходимую информацию о тех ситуациях, событиях, которые были связаны с процессом обучения преодолению препятствий и удовлетворения в связи с этим пищевой потребности ранее.

Предположим, что собака имеет некоторый опыт преодоления препятствий — преодолевает полутораметровый «глухой» барьер и штакетник высотой один метр (в условиях той дрессировочной площадки, на которой она занимается). Навык по преодолению препятствий собака воспроизводит с большим желанием (мотивацией), однако не всегда умело, так как страдает техника выполнения прыжков.

В качестве примера рассмотрим несколько прыжков собаки через штакетник в условиях незнакомой обстановки, что позволит достаточно полно отразить основные закономерности, лежащие в основе целенаправленного поведенческого акта (навыка по преодолению препятствий).

Оказавшись на незнакомой дрессировочной площадке, собака прежде всего оценивает окружающую обстановку (то есть характер обстановочных стимулов): высоту снарядов, их форму, месторасположение, наличие пищи (лакомства) в кармане дрессировщика, качественный и количественный состав находящихся поблизости собак и людей и многое, многое другое.

Следует подчеркнуть, что порядок перечисленных нами обстановочных стимулов вряд ли отражает порядок их значимости для собаки. Знание обстановки собакой необходимо ей для того, чтобы с опережением во время «планировать» свою деятельность, в том случае и пищевое поведение. Например, в тех случаях, если дрессировщик забыл взять с собой на занятия лакомство или на дрессировочной площадке находятся «враги» дрессируемой собаки, отработка навыка по преодолению препятствий на базе пищевой мотивации вряд ли будет возможна. Находясь в зоне того или иного снаряда, собака постоянно оценивает ситуацию также в плане наличия пускового стимула (команда «Барьер» — разрешающая прыжок), так как именно пусковой стимул санкционирует начало поведенческого акта (навыка преодоления препятствий). Наконец собака закончила обследование площадки и готова к работе. Дрессировщик подзывает её к себе и по команде «Барьер» направляет в сторону «штакетника». И вот собака бежит к снаряду... Однако прежде чем она прыгнет, в её мозгу произойдёт ряд очень быстрых процессов: во-первых, будет более точно оценена обстановка (касающаяся непосредственно выполнения самого навыка), и прежде всего сам барьер, его высота, расстояние до него и т. д.; во-вторых, будет осуществлён просчёт программ поведения, которые можно реализовать в данной ситуации, и принято единственное решение из нескольких возможных. Это объясняется тем, что собака может достичь результата (кусочка пищи), осуществляя различные программы поведения: может преодолеть «Штакетник» без разбега и с разбегом, не задевая его («ласточкой»), или совершить опорный прыжок, причём характер опорного прыжка может быть также различен. На стадии принятия решения и выработки определённой линии поведения существуют два уровня деятельности мозга, качественно отличающиеся друг от друга.

1. Способ принятия решения на уровне целенаправленного просчёта вариантов программ поведения.

2. Способ принятия решения, характеризующийся «подсознательным» анализом ранее «отработанных» и в достаточной степени автоматизированных программ поведения.

Наименьшую психонервную нагрузку собака испытывает в том случае, если имеет возможность решать предъявляемые задачи на «подсознательном» уровне.

В-третьих, в процессе выработки оптимальной программы действий и принятия решения формируется механизм предвидения результата поведения и удовлетворения потребности.

Механизм предвидения результата поведения (так называемый «акцептор результата действия, (рис. 2) позволяет животному заранее, то есть с опережением целенаправленного действия во времени, а также в процессе его совершения прогнозировать вероятность достижения полезного приспособительного результата, оценивать его параметры и степень удовлетворения исходной потребности.

Напомним, что в то время, пока происходят процессы анализа обстановочных стимулов, принятия оптимальной программы действия, выработки решения и формируется механизм предвидения результата поведения, собака бежит к барьеру.

В том случае, если сигналы, характеризующие окружающую обстановку, подходят по своим параметрам (то есть размеры и форма «штакетника» не пугают дрессированную собаку, поблизости нет собак или людей, вызывающих с её стороны агрессивное поведение, оптимальная программа выработана и принято единственное решение из нескольких возможных), собака продолжает реализацию целенаправленного действия (то есть совершает прыжок), которое в результате должно привести к частичному удовлетворению её потребности в пище. Однако в процессе осуществления действия (а момент выполнения прыжка) животное может произвести его коррекцию. Так, например, в данном случае было принято решение совершить безопорный прыжок, но, начав его выполнение, собака не рассчитала расстояние и вынуждена была задеть «штакетник». В итоге её поведение оказалось нерезультативным, так как дрессировщик не подкрепил такой прыжок пищей. При следующем прыжке собака корректирует свою деятельность и, совершив безопорный прыжок, наконец получает пищевое подкрепление.

После того как результат достигнут или не достигнут (то есть животное получило или не получило то, к чему стремилось, — кусочек пищи), оно обязательно оценивает эффективность своей деятельности, то есть насколько результат, полученный в конечном итоге, соответствует тому результату, который был заранее запрограммирован. Именно в этот момент наиболее активно функционирует механизм предвидения результата поведения. Предположим, что собака, прыгая много раз подряд, каждый раз задевала «штакетник» и в результате ни разу не получила пищевого подкрепления. В этом случае либо функциональная система поведения перестраивается, осуществляются новые коррекции программ поведения (принимаются новые решения) и предпринимаются все новые и новые попытки удовлетворения пищевой потребности (собака прыгает, прыгает и прыгает вновь), или уровень пищевой мотивации, направляющей поведение, снижается (падает заинтересованность собаки в работе), и животное в конце концов отказывается от прыжков через данное препятствие. Всё это происходит несмотря на объективно сохраняющуюся у собаки на прежнем уровне потребности в пище.

Рассмотрим другой пример выполнения собакой навыка по преодолению «глухого» барьера. Здесь также имеют место описанные выше стадии функциональной системы: формирование доминирующей мотивации, оценка обстановки, привлечение предыдущего опыта, просчёт программ и выбор оптимального решения, осуществление самого действия, коррекция программ в процессе осуществления действий (то есть прыжка), достижение приспособительного результата (то есть получение или не получение пищевого подкрепления), оценка параметров полученного результата и сличение его с запланированным.

Однако по сравнению с прыжками через «штакетник» прыжок через «глухой» барьер требует от собаки большего физического напряжения, а главное, более совершенной техники исполнения приёма. Поэтому к отбору оптимальных программ и предвидению результата действия предъявляется намного больше требований. Видимо, потому при прыжках через «глухой» барьер поведение собаки всегда более эмоционально окрашено.

Как мы уже отметили выше, у нашей собаки не отработана техника прыжка через «глухой» барьер, однако дрессировщик все же поднял его высоту до двух метров. В этом случае собака, ранее выполнявшая небольшие по высоте прыжки, на стадии принятия решения будет пытаться реализовать старые программы поведения, приводившиеся ранее к достижению цели, например безопорный «прыжок», а на стадии целенаправленного действия (то есть в процессе преодоления препятствия) не сможет точно скорректировать свой прыжок — рассчитать место для толчка, вовремя сгруппироваться, правильно зацепиться лапами и т. д.

В результате принимаемые собакой решения и осуществляемые целенаправленные действия оказываются крайне неэффективными: собака причиняет себе боль, ударяясь о барьер, травмируя при этом то передние, то задние конечности, грудь и т. д. (Следует оговориться, что подобную картину можно наблюдать лишь в том случае, если собакой управляет неопытный дрессировщик.) Такое несоответствие между программируемыми результатами и результатами достигнутыми приводит собаку к полному отказу от прыжков. Более того, зачастую вместо пищевой мотивации за счёт болевых воздействий со стороны снаряда у собаки появляется оборонительное поведение в форме активного избегания «глухого» барьера (то есть появляется страх перед «глухим» барьером).

Дрессировщику следует также учитывать, что во время дрессировки у собаки вместо пищевой может сформироваться другая мотивация. Например, если на дрессировочной площадке появится собака, агрессивно настроенная по отношению к нашей, пищевая мотивация, а следовательно, и поведение собаки, направленное на преодоление препятствий, сформированное на её основе, исчезнут. На базе потребности в самосохранении может возникнуть либо поведение активного избегания, либо агрессия в той или иной форме. Если же в месте занятия окажутся друзья нашей собаки — «знакомые собаки», — то пищевая мотивация также может уступить место игровой. В этом случае сформируется функциональная система игрового поведения, и занятия по преодолению препятствий придётся также приостановить, а вместо занятий дрессировкой полюбоваться на играющих собак.

Если в процессе дрессировки собака насыщается, то есть достигает конечного результата — удовлетворения пищевой потребности, то функциональная системы данного поведения распадается. При этом пищевая мотивация, базировавшаяся на соответствующей потребности, перестаёт доминировать, соответственно радикально изменяется поведение собаки, его направленность. В таких условиях дрессировка на базе пищевой мотивации не даёт результата.

Таким образом, на примере небольшого дрессировочного фрагмента мы рассмотрели достаточно сложное целенаправленное поведение собаки, базирующееся а пищевой мотивации и направленное на преодоление препятствий. Другие формы целенаправленного поведения, основанные на других мотивациях — оборонительной, игровой, половой, питьевой, — в целом имеют ту же организацию. Системный подход к процессам обучения и дрессировки позволяет в корне перестроить мировоззрение дрессировщика — его отношение к дрессировочному процессу, и прежде всего к собаке как объекту дрессировки.

II. 2. Теоретические предпосылки нервно-психических перегрузок при дрессировке

Игнорирование дрессировщиком системных принципов, лежащих в основе формирования и реализации поведенческого акта, приводит к грубым ошибкам при дрессировке собаки. Вследствие этого у животных появляются нервно-психические перегрузки, сопровождающиеся зачастую крайней степенью эмоционального перенапряжения, различными формами смещённого и переадресованного поведения, вплоть до появления у животных неврозоподобных состояний и даже неврозов. Критические ситуации, приводящие к формированию нервно-психических перегрузок, встречаются практически на всех стадиях функциональной системы поведенческого акта.

Стадия формирования доминирующей мотивации

1. Излишне быстрое обогащение среды, в условиях которой происходят занятия с собакой (особенно на начальных этапах обучения), способствует сталкиванию мотивационных возбуждений, что не даёт возможности полноценно удовлетворяться той потребности, на базе которой формируется навык.

Другими словами, когда дрессировщик начинает обучать собаку новому навыку в присутствии сильных отвлекающих факторов, внимание животного рассеивается. В результате собака не может повторить даже отработанный ранее навык.

2. Попытки обучения собаки в отсутствие доминирующей мотивации, на базе которой ранее формировался навык.

Например, вы обучали собаку навыку подхода по команде «Ко мне», используя пищевую мотивацию. Но вот вы забыли лакомство дома и пытаетесь подозвать собаку командой «Ко мне». Собака же, подойдя к вам один-два раза и не получив пищевого подкрепления, может совсем перестать подходить по команде (то есть значимость команды «Ко мне», как пускового стимула, будет падать). В конечном итоге, дрессировщику придётся либо «отлавливать» свою собаку, либо попытаться оказать на неё «давление». В случае неправильного «давления» на собаку в дальнейшем события могут разворачиваться по схеме, изложенной в следующем пункте.

3. Многократное применение сверхсильных отрицательных (механических) воздействий к собаке зачастую приводит к формированию сверхсильных мотиваций либо в форме ярко выраженного пассивного избегания (страх пред дрессировщиком или помощником), либо в форме так называемой вынужденной беспомощности (застывание в той или иной позе без попыток избежать отрицательных эмоций воздействия). Это происходит, если обучение животного проводится без адекватной мотивационной базы. То есть когда навык формируется на базе, не соответствующей задаче доминирующей мотивации. Например, применяя к собаке сильные механические воздействия на начальном этапе обучения команде «Стоять» вместо формирования адекватной данной задаче пищевой мотивации, мы, скорее всего, добьёмся пассивного избегания животным воздействий со стороны дрессировщика. Ведь любой из нас охотнее исполнит вежливую просьбу, чем грубый приказ.

4. Столкновение мотиваций (конфликты мотиваций).

Неквалифицированная дрессировка часто приводит к таким ситуациям. Например, в процессе развития злобы, а также при формировании навыка «Охрана вещи» неправильные действия помощника и дрессировщика могут провоцировать у собак конфликты между «нападением» (агрессией) и «бегством» (избеганием), «боязнью» дрессировщика (избеганием) и «нападением» на помощника (агрессией), пищевой и оборонительной (в различных формах) мотивацией и др. В качестве примера может служить метод формирования навыка «Охрана вещи», применяемый на некоторых из наших дрессировочных площадок. При отработке выдержки во время охраны вещи, с одной стороны, дрессировщик наказывает собаку, применяя к ней болевые воздействия, если она встаёт с места; с другой — помощник побуждает её своими действиями к агрессии. В результате чаще всего собака не знает, что ей делать. В процессе обучения этому навыку собака порой находится в крайнем психо-эмоциональном напряжении.

Стадия принятия решений

1. Излишне быстрое обогащение среды, особенно на начальных этапах обучения, приводит также к появлению большого количества ошибок на стадии принятия решения (отбора наиболее эффективны программ поведения). Это все равно что вас заставить решать сложную задачу во время очень интересного театрального спектакля.

2. В процессе формирования одного и того же навыка собака каждый раз вынуждена принимать новые решения, то есть реализовывать различные программы поведения, так как предыдущие оказывались неэффективными из-за непредсказуемости подкрепляющих воздействий со стороны дрессировщика. Такие ситуации встречаются обычно при неправильном формировании сложных навыков: «Охрана вещи», «Задержание», «Аппортировка» и др. А что бы делали вы, если бы за одну и ту же по качеству и количеству работу во вторник получили благодарность, а в среду выговор?

Стадия целенаправленного действия

Критические ситуации возникают и в том случае, когда в процессе целенаправленного действия собака получает новые сигналы (стимулы). Внезапное поступление новой информации вынуждает собаку осуществлять коррекцию собственной деятельности не способом «подсознательного» перебора уже отработанных программ, а переходом на другой уровень принятия решения — целенаправленного просчёта вариантов программ, что для животного зачастую сопровождается большими нервными перегрузками. Представьте себе, что вы прыгнули с самолёта, дёргаете за вытяжное кольцо, а парашют полностью не раскрылся; второй парашют не раскрылся, так как запутался в стропах первого. Что вы будете делать дальше? Особенно часто такие ситуации возникают при дрессировке собак специальным службам: развитие злобы, охрана вещи, задержание нарушителя, выбор предмета и т. д. Такие ситуации также встречаются при обучении собак преодолению препятствий и когда дрессировщик необоснованно и неожиданно усложняет задачу в процессе выполнения ею двигательного комплекта навыков (целенаправленного действия).

Стадия получения полезного приспособительного результата

1. Отсутствие у собаки объективной возможности избежать отрицательных воздействий со стороны дрессировщика или помощника (то есть возможности достичь полезного приспособительного результата, на получение которого направлено её поведение). Такие ситуации возникают в случаях применения дрессировщиком или его помощником сильных болевых воздействий по отношению к собаке, лишая её при этом возможности избежать их. Они возникают как при дрессировке собак по общему курсу дрессировки, так и по специальному курсу, например, развитии злобы, если помощник, злоупотребляя болевыми воздействиями, «загоняет собаку в угол». Уверяем вас, что собаке приходится намного труднее, чем вам жарким летом в набитом до отказа автобусе, где вас постоянно толкают локтями и наступают каблуками на ноги, когда вы проехали свою остановку, а выбраться не можете.

2. Получение на конечной стадии целенаправленной деятельности результата, не соответствующего прогнозируемому, также вызывает различные формы психоэмоциональных расстройств. Особенно это касается навыков, формируемых в процессе специального курса дрессировки. «Планируя» определённый результат, ранее достижимый, собака реализует вполне определённую программу действий. Поэтому получение собакой на конечном этапе деятельности неожиданного, «не запланированного» ею результата приводит животное в замешательство: собака теряется и не знает, что ей делать дальше (особенно часто это происходит, если поведение в значительной степени автоматизировано). Примером подобного рода критических ситуаций может служить непоследовательное обучение собаки навыку «Задержание нарушителя». В том случае, если раньше помощник сопротивлялся собаке слабо и вдруг наносит ей удар, хотя и не сильный, не подготовленная к таким воздействиям собака, привыкшая всегда побеждать «преступника» без борьбы, пасует, прекращает «хватку» и либо облаивает помощника, либо убегает.

В качестве другого примера можно привести «критическую» ситуацию, возникающую в том случае, если собаке, обученной навыку «Задержание» и привыкшей кусать «преступника» только за конец рукава (то есть за кисть руки), в момент задержания не дать конец рукава. Собака чаще всего теряется и не знает, что ей делать. Как поступите вы, если, сев в свой автомобиль за пульт управления, видите, что все рычаги управлений вашей машины совсем другие и по-другому расположены!

Таким образом, обучая собаку тем или иным навыкам, дрессировщик прежде всего должен помнить, что работоспособность собаки имеет свой предел, что предел этот прежде всего зависит от индивидуальных особенностей собак и что в основе процесса дрессировки лежат закономерности, определяющие формирование и реализацию целенаправленного поведения человека и животных.

II. 3. Системная организация диады «человек-собака»

Обычно взаимодействия дрессировщика и собаки рассматриваются таким образом: дрессировщик является активным участником дрессировочного процесса, а собака — пассивным, дрессируемым объектом. На самом деле всё обстоит значительно сложнее. Как уже отмечалось выше, формируется по тем же законам, что и поведение дрессируемой им собаки. В процессе обучения посредством взаимной заинтересованности дрессировщика и дрессируемой собаки мы наблюдаем не взаимодействие, а взаимодействие двух доминирующих функциональных систем, опосредующих поведение членов диады «человек-собака». В результате такого функционального взаимодействия формируется, по существу, новая функциональная система более высокого иерархического уровня. В её основе лежат многосторонние взаимные интересы дрессировщика и собаки друг в друге, базирующиеся как на взаимных положительных и отрицательных подкрепляющих воздействий, так и на социально-ролевых отношениях между ними. Деятельность такой «суперсистемы» направлена на поддерживание высокой степени устойчивости диады (многогранные взаимные интересы членов диады друг в друге — основа её устойчивости). Таким образом, приспособительным результатом, на достижение которого направлена деятельность «суперсистемы», является обеспечением высокой «социальной» стабильности диады и зависит от обоих членов диады. Возможны следующие варианты.

1. Совпадение реального результата с прогнозируемым у каждого из членов диады.

Это достигается максимальной взаимной заинтересованностью дрессировщика и собаки. Значит, собака в процессе своей целенаправленной деятельности выполнила задачу, поставленную перед ней дрессировщиком, и получила тот самый результат, который она запланировала в начале деятельности. А результат дрессировщика соответствует результату, предвосхищенному им в начале своих продуманных, целенаправленных действий. Таким образом, результат деятельности «суперсистемы» также достигается, и «социальная» устойчивость диады поддерживается на высоком уровне.

2. Несоответствие прогнозируемого и реального результатов деятельности дрессировщика.

Если дрессировщик неэффективно планирует свою деятельность и подкрепляет как желательное, так и нежелательное поведение собаки, то собака всегда достигает приспособительного результата (получает подкрепление) независимо от выполняемой работы. Результат деятельности дрессировщика, напротив, практически не соответствует прогнозируемому. В данном случае наблюдается дисбаланс в описываемой нами «суперсистеме», и её устойчивость падает. Это объясняется тем, что дрессировщик не получает удовлетворения от работы с собакой, начинает нервничать и в результате делает ещё больше ошибок. В качестве примера можно привести взаимоотношения диады при формировании навыка подхода к дрессировщику по команде «Ко мне». Если перед началом работы с собакой дрессировщик планировал, что будет обучать собаку быстрому подходу к нему (сразу после команды «Ко мне») с последующей посадкой около левой ноги вплоть до отмены команды (спланировал деятельность собаки в процессе дрессировки), но не спланировал конкретно элементы поведения собаки и последовательность, в которой он будет их отбирать и подкреплять пищей), то в процессе работы с собакой дрессировщик, скорее всего, станет подкреплять и быстрый и медленный подход собаки к нему, правильную и неправильную посадку около ноги, как «выдержку» собаки в положении у левой ноги, так и самовольный уход из положения «Сидеть».

Так как получение собакой пищевого подкрепления не зависит от характера её деятельности, то дрессировщик никогда не сможет добиться от неё чёткого выполнения навыка.

3. Несоответствие прогнозируемого и реального результатов у обоих членов диады.

Бывает так, что дрессировщик злится, выходит из себя, наказывает собаку, не знает, что делать дальше, считая, что животное «глупо и не понимает». На самом деле все просто: между дрессировщиком и собакой нет своеобразного «языкового» контакта. Дрессировщик не может сформулировать собаке (а на самом деле, себе), что он от неё добивается, какие действия ей надо выполнить, чтобы получить подкрепление. Собака, в свою очередь, не может понять, что хочет от неё дрессировщик, то есть не видит, в чём состоит работа, которую она должна выполнить, чтобы достичь приспособительного результата. В такой ситуации прогнозируемые и реальные результаты деятельности партнёров дрессировочного процесса будут находится в полном несоответствии. Это также приводит к дисбалансу в «суперсистеме» «собака-дрессировщик», разлаживанию контакта между ними (нервозности дрессировщика и выраженному неповиновению со стороны собаки) и в результате к полной неэффективности процесса дрессировки. В качестве примера такого рода взаимодействий в диаде приведём пример с формированием у собаки навыка подноски апортировочного предмета дрессировщику по команде «Апорт». Перед началом работы с собакой дрессировщик планировал, что будет подкреплять пищей каждую подачу собакой апортировочного предмета непосредственно в его руки. Однако во время дрессировки, в силу недостаточности знаний, дрессировщик допускал всегда одну и ту же ошибку, которая коренным образом повлияла на последующие взаимоотношения между ним и собакой. Ошибка заключалась в следующем: каждый раз, когда собака подбегала к дрессировщику с апортировочным предметом в зубах, он преждевременно доставал кусочек пищи, а собака, увидев пищу, сразу же бросала предмет на землю и подбегала к дрессировщику. Однако пищу она не получала, так как дрессировщик подкреплял пищей (в соответствии с его планом) не бросание предмета ему под ноги, а подать его непосредственно в руки. После нескольких таких повторов, видя безрезультатность своих попыток заработать кусочек пищи, собака потеряла интерес к занятиям. Если бы дрессировщик давал собаке пищу каждый раз после того, как она бросала предмет на землю, то он бы сформировал у неё навык подноски предмета с бросанием его себе под ноги, но при этом не добился бы запланированного результата.

4. Отсутствие взаимодействия (взаимной заинтересованности) между членами диады.

В том случае, если дрессировщик работает с собакой излишне грубо, применяя сильные, неадекватные постановленной задаче воздействия, то, несмотря на то, что процесс обучения протекает сравнительно успешно, а взаимодействия достаточно устойчивы (с точки зрения дрессировщика), собака теряет активный интерес к взаимодействию с дрессировщиком и становится пассивным участником дрессировочного процесса. То есть собака не идёт сама на активный контакт, а лишь избегает неприятных воздействий со стороны дрессировщика. На такую дрессировку всегда грустно смотреть со стороны.

5. Отсутствие потребности в данной форме взаимодействия со стороны собаки.

Бывает так, что дрессировщик вроде бы делает все правильно (в соответствии с принятой программой действия), а собака не делает ничего или делает все наоборот, то играет с дрессировщиком, то рычит на него, когда он слишком усердствует. С точки зрения дрессировщика, собака проявляет совершенно неадекватное поведение, а на самом деле все просто: у собаки нет доминирующей мотивации, на базе которой собирается работать дрессировщик (например, пищевой мотивации — собака сыта), соответственно, у неё нет заинтересованности во взаимодействии, а следовательно, и в работе. А поскольку нет взаимных интересов, то формирование единой функциональной системы («суперсистемы») «собака-дрессировщик» просто невозможно.

III. СИСТЕМНЫЙ ПОДХОД В ПРАКТИКЕ ДРЕССИРОВКИ

Обучение (дрессировка) практически ничем не отличается от процессов обучения животных в естественной среде обитания. Единственное различие заключается в том, что в процессе формирования навыков в естественной среде обитания преграды на пути достижения животным конечного приспособительного результата ставит сама природа, то есть окружающая среда.

В случае же целенаправленного обучения (дрессировки) преграды на пути достижения животным конечного приспособительного результата ставит человек. Так, в естественной среде обитания голодный волк, прежде чем удовлетворит свою естественную работу: выследить зверя, догнать его, тем или иным путём умертвить, разделать тушу, отогнать конкурентов и т. д. Волк в цирке или эксперименте, чтобы удовлетворить свою потребность в пище, вынужден также выполнять определённую работу (преодолевать преграду), по совершении которой он, как и его дикий собрат, получит пищу и сможет утолить голод. В том и другом случае результатом поведения остаётся получение подкрепления за проделанную работу.

Таким образом, обучение — это процесс направленного формирования у собаки того или иного навыка, в процессе реализации которого, прежде чем достигнуть приспособительного результата и получить подкрепление, она совершает определённую работу.

Дрессировка — закрепление навыка до такой степени, когда он воспроизводится собакой не только, когда этого требует удовлетворение той или иной потребности, но по команде и в любой обстановке, даже в угрожающей жизни.

Используя методологические принципы теории функциональных систем, существующие методы обучения и дрессировки можно представить следующим образом.

III. 2. Методы обучения

Условно-рефлекторное обучение основано на сочетании индифферентного стимула (раздражителя), например команды «Фу», с безусловно-рефлекторным раздражителем, например удар электрическим током, вызывающий безусловно-рефлекторный ответ в форме акта отвержения пищи. После нескольких сочетаний индифферентного стимула команды «Фу») с безусловным стимулом (ударом тока) индифферентный стимул приобретает значение условного и запускает так называемый безусловно-рефлекторный ответ.

При дрессировке собак условно-рефлекторный метод обучения применяется крайне ограничено по двум причинам: во-первых, животные, обучающиеся по этому методу, являются пассивным звеном процесса обучения (дрессировки), а во-вторых, трудно найти ту форму безусловно-рефлекторного ответа, которую можно было бы использовать в дрессировочной практике.

Вот один из немногочисленных примеров применения такого метода обучения: способ формирования навыка апортировки (вернее — его элемента). Собаке сразу после команды «Апорт» с помощью поводка и «удавки» («Строгий» ошейник) наносится сильный рывок в области шеи. От сильной боли собака рефлекторно открывает рот. В тот же момент в ротовую полость вкладывается апортировочный предмет, собаку хвалят и поглаживают. При попытке собаки выплюнуть предмет дрессировщик вновь применяет сильный рывок поводком, причиняющей собаке боль и вызывающий рефлекторное открывание рта, и предмет вновь вкладывается в рот собаке. Раз за разом дрессировочный приём повторяют. Вследствие команда «Апорт» вынуждает собаку держать апортировочный предмет, чтобы избежать болевого воздействия. Обучающиеся этим методом собаки сначала пассивно участвуют в процессе обучения, но в дальнейшем активно используют приобретённый опыт и вполне эффективно воспроизводят сформированный навык. При данном методе обучения животное, чтобы достигнуть приспособительного результата (например, избежать боли), должно совершить работу в виде выполнения изначально нецелесообразного, навязываемого ему действия (например, захват апортировочного предмета).

Метод оперантного обучения

Под оперантным обучением понимается целенаправленный отбор дрессировщиком тех или иных желательных действий животного посредством положительных или отрицательных подкрепляющих воздействий. Причём желательные или нежелательные действия подкрепляются немедленно, а сформированный навык в дальнейшем подводится под стимульный контроль. Стимульный контроль означает, что уже на этой стадии обучения определённая команда запускает навык, или санкционирует его выполнение.

Метод оперантного обучения наиболее широко используется при дрессировке как служебных, так и цирковых собак. В условиях этого метода обучения собака является активным звеном дрессировочного процесса (обучение). Необходимым условием обучения является наличие пищевой, игровой, оборонительной или же какой-нибудь другой доминирующей мотивации.

Рассмотрим некоторые примеры применения этого метода при дрессировке собак.

1. Преодоление препятствия (барьер).

Исходно у собаки формируется доминирующая пищевая мотивация, в процессе её реализации животное должно преодолеть «барьер». Для этого собаку подводят к низкому «барьеру», побуждая к прыжку с помощью поводка и лакомства. После совершения прыжка собака получает подкрепление в виде порции прыжка собака получает подкрепление в виде порции пищи. Если эту последовательность действий повторить несколько раз, в дальнейшем собака сама активно будет перепрыгивать через «барьер», как только окажется в его зоне, то есть будет активно осуществлять целенаправленное поведение и получать подкрепление. Если каждый прыжок собаки через «барьер», и направляющие действия предварять командой «Барьер», то в дальнейшем собака будет осуществлять прыжок по этой команде, то есть команда «Барьер» приобретает значение санкционирующего стимула, запускающего данный поведенческий навык.

2. Более сложная схема обучения по этому методу применяется тогда, когда собаку требуется обучить многокомплексному навыку. В этом случае многокомпонентный навык развивается на составные элементы. Например, у собаки необходимо сформировать навык сидения на задних лапах в позе «столбик» с одновременными взмахиваниями передними конечностями. Применяется следующая схема обучения: собаку с помощью лакомства, поднятого над головой животного, и поводка ставят на задние конечности. Каждый раз, когда собака встаёт на задние лапы, это действие подкрепляется дачей пищи в ста процентах случаев. Затем подкрепляют не каждый подъем на задние лапы, а в случайном порядке. Через некоторое время в ста процентах случаев начинают подкреплять лишь подъем собаки на задние лапы в позе «столбика». Затем вновь переходят на стохастический режим подкрепления, а любое движение лапой (или лапами) при нахождении животного в позе «столбика» подкрепляется в ста процентах случает и т. д. Таким образом можно сформировать любой самый сложный навык у собаки или любого другого животного, а затем последовательную цепь поведенческих актов (сложный поведенческий навык) подвести под «стимульный контроль», то есть выполнение его по определённой команде.

В условиях оперантного обучения способы преодоления собакой преград (выполнение той или иной работы), которые устанавливает дрессировщик на пути достижения ею конечного приспособительного результата, могут быть разными, в зависимости от исходной доминирующей мотивации, обстановки дрессировочного процесса и того конечного результата, который ставит перед собой дрессировщик. Животное же, будь то работа физическая (по выполнению определённого двигательного навыка) или преодоление психических нагрузок, выполняет её всегда активно и целенаправленно — либо посредством проб и ошибок, либо с помощью эвристических программ реализации поведения (инсайт, экстраполяция и пр.).

III. 3. Классификация методов дрессировки

Существующие методы дрессировки можно классифицировать как те или иные способы воздействий дрессировщика на потребностно-мотивационную сферу деятельности животных:

а) механический метод дрессировки, или формирование у собаки поведения активного избегания неприятных воздействий;

б) пищевой метод дрессировки, или метод формирования ук животных истиной пищевой мотивации. Высокоэффективный метод дрессировки, который позволяет включить собаку в процесс дрессировки в качестве активного участника. Активное участие собаки в процессе дрессировки объясняется тем, что всегда активно стремится заработать кусочек пищи. После того как собака начинает понимать, что, выполнив определённую работу (заработав). Она получит кусочек пищи, а потом ещё и ещё кусочки, её желание выполнить какую-либо работу резко возрастает;

в) вкусопоощрительный метод дрессировки, или метод формирования у собаки мотивации избирательного аппетита. В отличие от «пищевого» метода дрессировки, собака в условиях этого метода дрессировки, собака в условиях этого метода не испытывает реальной потребности в пище (питательных веществах), поэтому нет мощной мотивации, постоянно побуждающей собаку к выполнению той или иной работы. Однако и этим методом собаку можно дрессировать эффективно, так как, несмотря на то что собака сыта, у неё сохраняется потребность в каком-нибудь лакомстве (например, копчёной колбасе, сыре, печенье и т. д.). Однако использование этого метода дрессировки ограничено и может быть эффективным, когда собака видит, обоняет или каким-либо другим способом непосредственно ощущает лакомство;

г) подражательный метод дрессировки, или формирование подражательного поведения у одной особи по отношению к поведению, демонстрируемой другой особью (другими особями, группой особей);

д) игровой метод дрессировки, или формирование того или иного игрового поведения собаки с целью использования его при обучении желательному навыку;

е) методы развития злобы, или формирование у собаки оборонительного поведения, в той или иной форме агрессии (либо базирующейся на самообороне собаки, либо агрессии, сопровождающейся активным нападением, сформированной на базе различных конфликтных ситуаций);

ж) контрастный метод дрессировки, или последовательное применение отрицательных подкрепляющих воздействий (вызывающих мотивацию пассивного избегания) вплоть до выполнения навыка, а в момент его выполнения или сразу после выполнения — положительных подкреплений воздействия (пища, лакомство, игра и т. д.).

III. 4. Ещё раз о подкреплении

Так как в процессе обучения собаки, при формировании того или иного навыка животное достигает не только результата, удовлетворяющего его метаболическую или социальную потребность, но и эмоционально-подкрепляющего результата, перечисленные воздействия на потребностно-мотивационную сферу деятельности собак необходимо также рассматривать как положительные или отрицательные подкрепляющие воздействия. Описание основных правил применения положительных и отрицательных подкрепляющих воздействий при обучении и дрессировке собак и дальнейшем значительно упростит понимание закономерностей, лежащих в их основе.

Положительные подкрепляющие воздействия — это воздействия на собаку, совпадение по времени с каким-либо её действием и вызывающие у неё при этом положительные эмоции. То есть такие воздействия, которые увеличивают вероятность появления того или иного поведения и являются теми самыми результатами, которых достигает собака в процессе реализации поведенческого навыка. В качестве положительных подкрепляющих воздействий можно использовать пищу, лакомство, ласку, игру и другие формы позитивных воздействий.

Отрицательные подкрепляющие воздействия — это воздействия на собаку, совпадающие по времени с каким-либо её действием и вызывающие у неё отрицательные эмоции. Отрицательные воздействия призваны сформировать у собаки желание избежать повторного совершения этого действия (мотивацию активного избегания или агрессии). В качестве отрицательных воздействий можно использовать рывки поводком (различной степени силы) и любые другие неприятные для собаки воздействия, например голос в угрожающих интонациях.

Наказание, в отличие от отрицательных подкрепляющих воздействий, производится уже после совершения нежелательного поведения (то есть когда собака уже достигла какого-то результата, нежелательного для дрессировщика, например, подобрала и съела лежащий на земле корм или подралась с другой собакой и поэтому воздействует на собаку менее эффективно.

Основные правила применения положительных и отрицательных подкрепляющих воздействий

1. Воздействия должны производится в момент совершения действия или сразу после него, иначе их применение малоэффективно. Это объясняется тем, что помимо приятных или неприятных ощущений положительные или отрицательные подкрепляющие воздействия несут собаке ещё и информацию о том, что именно в её поведении нравится дрессировщику, а что нет. Поэтому запаздывающие подкрепляющие воздействия — наигрубейшая ошибка дрессировщика.

2. Отрицательные подкрепления воздействия должны сразу же прекращаться, как только прекратилось нежелательное действие собаки, чтобы собака могла активно избежать неприятного для неё воздействия и достигнуть при этом приспособительного результата. Отрицательные воздействия нужно строго дозировать (силу и длительность); при отработке приёмов общего послушания они не должны вызывать у собаки ни страха, ни агрессии.

3. Размеры кусочков пищи, используемых в качестве положительных подкрепляющих воздействий, варьируют в зависимости от размеров собаки, но общим правилом при этом является максимально возможное уменьшение разовой порции. За особо трудную для собаки работу размеры подкрепления значительно увеличивают (под трудной работой понимается навык, выполнение которого для собаки представляет значительную трудность, например прыжки через «глухой» барьер).

4. Режим применения подкрепляющих воздействий в процессе обучения должен изменяться. В начале формирования навыка — стопроцентный режим воздействий, а затем вероятностный (то есть когда на собаку воздействуют не каждый раз, а в случайном порядке). Например, когда собака начинает получать пищу или игру во время дрессировки в случайном порядке, её заинтересованность в выполнении навыка резко возрастает, а у дрессировщика при этом появляется возможность отбирать желаемые формы поведения.

5. При работе с собакой не всегда целесообразно или возможно в нужный момент воздействовать на собаку (например, при отработке «выдержки» у собаки, при выполнении навыка «охрана вещи» или «задержание преступника»), однако делать это очень важно, чтобы объяснить собаке, что она делает правильно, а что нет. В таких случаях применяют «условные» подкрепляющие воздействия: положительные или отрицательные. Положительные «условные» подкрепляющие воздействия не всегда означают дачу корма, лакомства, хотя зачастую им сопутствуют, а являются сигналом для собаки: «Делаешь правильно, делаешь верно, делаешь то, что нужно». Обычно для этих целей используют слова: «Хорошо», «Браво», «Умница» и т. д. Отрицательные «условные» подкрепляющие воздействия используют при невозможности применить непосредственно отрицательные воздействия — это команды: «Нельзя», «Тубо», «Фу» и т. д.

В процессе реальной дрессировки собаки обычно используются все вышеописанные методы обучения и дрессировки (в зависимости от поставленной задачи) с учётом правил применения положительных и отрицательных подкрепляющих воздействий. Однако для более полного понимания закономерностей, лежащих в основе дрессировочного процесса, необходимо детально рассмотреть основные принципы и этапы формирования поведенческого навыка.

III. 5. Общие принципы и этапы формирования навыков

Несмотря на бытующее мнение, что формирование навыка представляет собой простой, «одноступенчатый» процесс, практика дрессировки подсказывает нам, что это далеко не так. На самом деле процесс формирования любого, даже самого элементарного навыка представляет собой совокупность сменяющих друг друга этапов. Игнорирование в процессе дрессировки этого положения в целом, так же как и пропуск одного из этапов, ведёт к грубым ошибкам. Нам кажется целесообразным выделить следующие этапы (каждый из которых в свою очередь делиться на более мелкие подэтапы):

первый этап — взаимные объяснения;

второй — автоматизация навыка;

третий — полная автоматизация.

Ниже, описывая принципы формирования навыка, мы попытаемся обосновать целесообразность такого подразделения.

Первый этап включает следующие подэтапы.

1. Направленно обеднение дрессировочной обстановки.

Занятия следует проводить дома или в безлюдных местах, с тем чтобы ограничить вероятность появления конкурирующих с базой мотивации: игровой, половой, оборонительной и т. д. Если не соблюдать это правило, то процесс обучения сильно затрудняется — собака теряет интерес к работе, возможны и нервно-психологические перегрузки.

2. Выбор и формирование базовой доминирующей мотивации.

Выбор мотивации, на базе которой будет строиться обучение собаки, зависит от характера и сложности формируемого навыка, а также от стиля работы и опыта дрессировщика. Мы рекомендуем на этом этапе обучения использовать в качестве основных пищевую мотивацию и мотивацию избирательного аппетита, а также различные формы игровой мотивации (имеется в виду общий курс дрессировки). Данные рекомендации обусловлены тем, что именно в рамках реализации указанных мотиваций мы наблюдаем со стороны собаки максимальную заинтересованность в выполнении приёма, что в свою очередь повышает устойчивость диады «собака-дрессировщик» и улучшает положительный эмоциональный контакт между её членами. Другими словами, чтобы достигнуть желаемого подкрепления, собака очень старается понять дрессировщика и выполнить те требования, которые он к ней предъявляет. Таким образом, выбор адекватно поставленной задаче мотивации и создание у собаки устойчивого мотивационного состояния, на основе которого будет формироваться навык, является на первом этапе обучения первоначальной задачей дрессировщика.

3. Собственно взаимные объяснения.

Взаимные объяснения между дрессировщиком и собакой будут эффективны лишь в том случае, если дрессировщик чётко формирует перед собакой поставленную задачу и ясно представляет себе тот результат, которого добивается. Любые воздействия на собаку с помощью поводка, рук, лакомства, интонаций, слов, команд и т. д. должны производится осмысленно и целенаправленно. Перечисленные воздействия на собаку со стороны дрессировщика и ответные действия собаки и её поведение в целом выполняют функцию передачи необходимой информации. Совокупность этих взаимодействий обеспечивает, таким образом, создание между ними своеобразного, но вполне определённого «языка». «Язык» между членами диады «человек-собака» создаётся в результате их «общения» ещё на стадии знакомства (контакта). В дальнейшем, в процессе дрессировки, он обогащается, так как при формировании практически любого нового навыка вводятся новые элементы «языка». В конечном итоге, «язык», существующий между дрессировщиком и собакой, позволяет им хорошо, часто с полуслова, понимать друг друга, сохранять взаимопонимание и взаимный интерес, что в свою очередь обусловливается тем, что каждая из сторон имеет возможность достигать своего программируемого результата.

4. Определение границ формирования навыка.

Дрессировщик должен иметь чёткое представление о том, что он подкрепляет, а собака — не менее чёткое представление о том, какое её поведение желательно для дрессировщика. В процессе взаимодействия двух функциональных систем дрессировщика и собаки должен всегда достигаться общий результат их деятельности, то есть поддерживаться взаимная заинтересованность на максимально высоком уровне. Иными словами, дрессировщика очень важно точно представить границы формируемого навыка и объяснить их собаке. Собака должна знать — её правильные действия подкрепляются положительными воздействия, неправильные — не подкрепляются вообще или подкрепляются отрицательными воздействиями, то есть усвоить границы между «черным» (ошибочным) и «белым» (правильным).

5. Введение санкционирующей команды, разрешающей выполнение навыка.

Для того чтобы собака выполняла навыки, которым её обучили своевременно, используются санкционирующие команды: «Сидеть», «Лежать», «Ко мне», «Стоять», «Рядом» и т. д. Санкционирующая команда подаётся всегда перед началом воздействий дрессировщика, направляющих собаку на выполнение навыка. В дальнейшем, на стадии автоматизации навыка, санкционирующая команда приобретает значение стимула, запускающего поведение.

6. Введение санкционирующей команды, отменяющей выполняемый навык.

На всех этапах дрессировки выполнение навыка должно всегда отменяться дрессировщиком либо командой «Гуляй» (в это время собака не выполняет никакой команды, а просто отдыхает на поводке или без поводка), либо другой командой. Например: команду «Сидеть» можно отменить либо командой «Гуляй». Либо командами: «Стоять», «Лежать», «Рядом», «Фас» и т. д. Произвольного «ухода» собаки с выполнения навыка без команды дрессировщика допускать нельзя.

7. Дрессировочный контроль.

Дрессировка собаки на всех этапах формирования навыка, вплоть до полной его автоматизации, должна осуществляться под постоянным контролем технических средств (поводка, длинной верёвки, радиоуправляемого электроошейника и т. п.), с помощью которых дрессировщик может всегда осуществлять коррекцию поведения, и именно в тот момент, когда в этом есть необходимость.

8. Условные подкрепляющие воздействия: «Хорошо» и «Фу».

В зависимости от характера формируемого навыка применяют положительные или отрицательные условные подкрепляющие воздействия или же те и другие. Условные воздействия служат для того, чтобы своевременно и быстро объяснить собаке, что она делает правильно, а что неверно, то есть что в её действиях является желательным, для дрессировщика, а что нет. Условные подкрепляющие воздействия применяются практически на всех стадиях формирования навыка.

9. Режим подкреплений.

На первом этапе формирования навыка применяют стопроцентный режим подкреплений. То есть каждое правильное действие собаки всегда подкрепляется кусочком пищи (или игрой).

10. Введение элементов контрастного метода дрессировки.

На первом этапе наряду с мотивацией (пищевой или игровой), в случае нежелательных действий со стороны собаки, следует формировать слабую форму мотивации активного избегания неприятных воздействий со стороны дрессировщика. С этой целью вводятся направляющие и объясняющие, сравнительно слабые отрицательные воздействия: рывки поводком, нажатия и подталкивания руками, угрожающие интонации и др. При этом обязательным является соблюдение следующего правила: сразу после применения отрицательного воздействия (в том случае, если животное исправило свою ошибку) должно следовать положительное как в виде пищи, так и виде ласки. Это необходимо для снятия у собаки отрицательного эмоционального состояния. Применение контрастного метода дрессировки на этом этапе позволяет дрессировщику более чётко очертить границы формируемого навыка, оттенить контраст между «черным» и «белым».

11. Режим формирования навыка.

Короткие периоды интенсивной работы с собакой обязательно должны чередоваться с не менее интенсивными короткими периодами отдыха, что позволяет сохранить у собаки длительную заинтересованность в работе, постоянную готовность к выполнению навыка, а также предотвратит нервно-психические нагрузки.

Второй этап состоит из следующих подэтапов.

1. Автоматизация навыка.

а) Направленное обеднение дрессировочной обстановки.

Как и на первом этапе («взаимные объяснения»), обучение собаки должно проходить в безлюдных местах, в отсутствии других собак. Автоматизация навыка достигается многократным повторением навыка под «жёстким» контролем технических средств с использованием вероятностной системы подкрепления. Необходимым условием достижения автоматизации навыка является применение «контрастного» метода дрессировки (чередование положительных и отрицательных подкрепляющих воздействий). Данный метод, на наш взгляд, противопоказан при обучении собаки навыкам апортировки, выборке вещей и др. и, наоборот, рекомендуется при отработке команд общего послушания: «Сидеть», «Лежать», «Стоять», «Рядом», «Ко мне» и т. д.

По мере автоматизации частота и вероятность положительных подкрепляющих воздействий (например, дача пищи) за выполнение навыка снижается, а степень отрицательных (в случае нечёткого выполнения навыка) возрастает. Все воздействия направлены на то, чтобы добиться чёткого и быстрого выполнения навыка. Воздействия как направляющие, так и корректирующие производятся очень быстро и стереотипно.

б) Повышение требований к точности выполнения навыка.

На втором этапе обучения повышается требовательность со стороны дрессировщика к чистоте и точности выполнения навыка. Так, например, если на первом этапе обучения собака после команды «Ко мне» может подходить к дрессировщику с разной скоростью, порой отвлекаясь на обстановочные стимулы (собак, людей, различные шумы), то на втором этапе обучения от собаки нужно добиться, чтобы подходы совершались только бегом и без отвлечений на посторонние раздражители.

в) Усиление степени отрицательных подкрепляющих воздействий.

В качестве отрицательных подкрепляющих воздействий в основном используют рывки поводком различной степени силы.

Постепенно увеличение степени отрицательных воздействий в случае нежелательных действий собаки позволяет усилить мотивацию активного избегания воздействий дрессировщика, то есть создать мотивацию более конкурентоспособную, по сравнению с пищевой или игровой. То есть на этом этапе начинается постепенная замена исходной базовой мотивации (пищевой или игровой) на оборонительную (мотивацию активного избегания). При использовании отрицательных воздействий (особенно при их усилении) обязательным является соблюдение следующего правила: сразу после применения к собаке отрицательных воздействий (в том случае, если животное исправило свою ошибку) должно следовать положительное воздействие как в виде пищи (игры), так и в виде ласки. Это снимет у животного отрицательное эмоциональное состояние и оттенит контраст между «черным» и «белым» (то есть правильным и ошибочным).

г) Увеличение интенсивности работы дрессировщика.

Все воздействия на собаку — направляющие, корректирующие, положительные и отрицательные, а также условные — производятся дрессировщиком сразу после поданной команды, очень быстро и максимально стереотипно. Производя указанные воздействия, дрессировщик добивается выполнения навыка сразу после первой команды.

д) Режим положительных подкрепляющих воздействий.

На этом этапе постепенно вводится вероятностный режим подкрепления (75-80 процентов). Применение такой схемы, в условиях которой собака не знает точно, когда она получит подкрепление (но знает точно, что получит), позволяет повысить её заинтересованность в работе (например, сформировать желание заработать кусочек корма), уточнять и видоизменять границы формируемого навыка, поскольку появляется возможность направленно отбирать и подкреплять желаемые элементы поведения собаки.

2. Автоматизация навыка в условиях обогащения дрессировочной обстановки.

а) На этом этапе окончательно определяются границы формируемого навыка.

б) Повышается требовательность к выполнению навыка скорости и точности его исполнения (в зависимости от обстоятельств, в том случае, если собака с большими нервно-психическими затратами справляется с работой в этих условиях, то дрессировщик должен сделать как бы шаг назад, снизив при этом предъявляемые к собаке требования).

в) Режим отрицательных подкрепляющих воздействий. Постепенное усиление степени отрицательных подкрепляющих воздействий приводит к усилению мотивации избегания неприятных воздействий со стороны дрессировщика. Суммарное количество отрицательных воздействий одновременно с их усилением снижается. То есть на этой стадии контраст между отрицательными и положительными воздействиями достигает максимума. Однако, несмотря на это, дрессировщик, умело чередуя положительные и отрицательные воздействия, должен добиться, чтобы общий эмоциональный фон у собаки в процессе работы оставался положительным.

г) Режим положительных подкрепляющих воздействий.

Применяется 50-60 процентный вероятностный режим подкреплений (обязательным является применение положительных воздействий сразу после отрицательных). Такая схема приводит к усилению пищевой мотивации и желанию заработать вознаграждение.

д) Сохранение интенсивности работы дрессировщика.

Дрессировщик должен поддерживать высокую интенсивность работы во время дрессировки и при этом добиваться выполнения собакой навыка сразу после первой команды.

3. Заключительный этап автоматизации навыка.

Занятия проводятся в местах, где много отвлекающих факторов.

а) Режим положительных подкрепляющих воздействий.

На этом этапе производят постепенное уменьшение вероятности получения подкреплений от 50 процентов до нуля.

б) Режим отрицательных подкрепляющих воздействий.

Отрицательные воздействия в случае отказа собаки от выполнения навыка применяются в 100 процентах случаев невыполнения и при этом достигают значительной силы. Постепенное усиление степени отрицательных воздействий позволяет осуществить плавный перевод сформированного навыка на базу мотиваций активного избегания неприятных воздействий со стороны дрессировщика и при этом сохранить общий положительный эмоциональный фон у собаки.

в) Постепенное уменьшение количества применения условных положительных подкрепляющих воздействий.

г) Постепенное увеличение количества и длительности выполнений навыков, с обязательным чередованием периодов работы и отдыха.

Третий этап — полная автоматизация навыка.

Критерием автоматизации навыка является быстрое, точное и стереотипное выполнение его сразу после первой команды дрессировщика (независимо от окружающей обстановки).

На этапе окончательной автоматизации навыка значение команды (санкционирующего стимула) резко возрастает и начинает играть решающую роль в управлении поведением собаки. Это, по-видимому, происходит за счёт обеднений функциональной системы, обеспечивающей навык. Обеднение функциональной системы связано с окончательным выбором собакой наиболее эффективной программы поведения, что обусловлено правильными, последовательными, стереотипными и прежде всего целенаправленными воздействиями на собаку со стороны дрессировщика. Другими словами, на стадии окончательной автоматизации навыка из структуры функциональной системы навыка, на начальном этапе его реализации, практически выпадает стадия принятия решения (стадия выработки оптимальной программы поведения). На этом этапе обучения у собаки полностью отпадает необходимость в принятии какого то ни было решения, так как лишь одна из программ поведения в процессе дрессировки всегда оказывалась высокоэффективной (то есть приводила к достижению цели и результата), а все остальные оказывались крайне неэффективными (так как либо вообще не подкреплялись дрессировщиком, либо подкреплялись отрицательными воздействиями).

Автоматизация навыка достигается следующими методическими приёмами

а) Вероятностная схема положительных подкрепляющих воздействий с постепенным снижением их относительного количества от этапа к этапу формирования навыка.

б) Постепенная замена базовых подкреплений (на основе которых формировался навык, например пищевых) на не основные положительные подкрепляющие воздействия (различные варианты ласки, игры и т. п.) и на условные положительные воздействия (типа «Хорошо»).

в) Применение «контрастного» метода дрессировки (своевременного чередования отрицательных подкрепляющих воздействий с положительными), основной целью которого является создание помимо основной мотивации, на базе которой изначально формируется навык (пищевой или игровой), дополнительной мотивации активного избегания неприятных воздействий со стороны дрессировщика. Суть метода заключается в том, что в определённый момент времени за счёт целенаправленных воздействий со стороны дрессировщика мотивация избегания становится доминирующей, после чего её вновь сменяет базовая.

г) Введение постепенного и последовательного усиления отрицательных подкрепляющих воздействий со стороны дрессировщика при одновременном уменьшении их количества. Этот методический приём при водит к возрастанию контраста между положительными и отрицательными подкрепляющими воздействиями и практически к изменению взаимоотношений между дрессировщиком и собакой. При этом мотивация активного избегания собакой неприятных воздействий со стороны дрессировщика приобретает яркую социальную окраску и фактически трансформируется в поведении подчинения дрессировщику как вожаку (если она раньше на воспринимала дрессировщика как вожака) с появлением характерных поз подчинения. Это приводит также к тому, что происходит уточнение границ ролевых функций собаки в рамках отрабатываемого навыка и по отношению к дрессировщику.

д) Поэтапное увеличение требовательности к чистоте и точности исполняемого навыка (то есть соблюдение этапных границ его выполнения).

Это приводит к тому, что коренным образом перестраиваются отношения в диаде «человек-собака». В начале процесса формирования навыка устойчивость, основанная на взаимной заинтересованности друг в друге, была обусловлена со стороны собаки желанием в пище или игре, а со стороны дрессировщика заинтересованность в выполнении собакой определённого навыка.

Приведённая выше схема дрессировки коренным образом меняет эти отношения, у собаки и дрессировщика появляется взаимный интерес к «правильной» работе. Это объясняется тем, что в их отношениях совместной деятельностью посредством доставления друг другу положительных эмоций, которые в дальнейшем в значительной степени определяет устойчивость диады «дрессировщик-собака».

Таким образом, на данном этапе дрессировки для собаки, по-видимому, основным результатом, на который направлено её поведение, становится позитивно-эмоциональный результат, получаемый через социальный контакт с дрессировщиком на уровне эмоционального общения с ним. Другим, по-видимому, не менее важным результатом для собаки является получение ею позитивно-эмоционального подкрепляющего результата за счёт постоянного соответствия сличаемых программ — реализуемой и программируемой, — и, вследствие этого, само по себе безошибочное выполнение действия (навыка) начинает выполнять функцию подкрепления. Говоря другими словами, правильное выполнение собакой отработанного навыка доставляет собаке такую же радость, как если бы она за него получила пищевое или игровое подкрепление со стороны дрессировщика.

Приведём пример с формированием простого навыка у собаки — посадки по команде «Сидеть».

Соблюдая принцип «обеднение среды», обучение собаки лучше всего начинать дома. Перед кормлением возьмём собаку на поводок и расположим её перед собой. Подавая команду «Сидеть», мы придерживаем собаку за поводок левой рукой, а правой подносим к носу животного зажатый в ладони кусочек пищи. Как только собака коснётся носом ладони с кусочком пищи и попытается достать его, ладонь медленно уводится за голову собаки, вверх-назад (по касательной к голове). Собака тянется за лакомством, задирает голову вверх, и, если ей немного помочь — придержать за поводок или легко надавить на круп, — то собака сядет. Сразу после посадки собака получит порцию пищи, «условное подкрепление» — «Хорошо» и ласку. Несколько таких повторений, и собака будет садиться уже после команды «Сидеть». Однако нам необходимо, чтобы собака по команде не только садилась, но и оставалась в этом положении некоторое время. Поэтому определяем для себя, что подкреплять пищей мы будем не только посадку собаки после команды «Сидеть», но и выдержку её в этом положении вплоть до отменяющей выполнение приёма команды «Гуляй» (или какой-либо другой команды, например «Рядом»). Итак, границами навыка на данном этапе у нас будет посадка собаки сразу после команды «Сидеть» (желательно одной) и выдержка её в таком положении вплоть до отмены команды.

Теперь нашей главной задачей будет понятно объяснить собаке свои требования. Для этого, как только собака после команды «Сидеть» примет соответствующее положение, мы сразу дадим ей кусочек пищи и будем многократно повторять: «Хорошо», «Хорошо» и т. д., что означает в нашем с собакой «языке»: «Делаешь правильно». Если собака сохраняет нужное положение, то мы подкрепляем её действия — в данном случае выдержку — кусочком пищи и условным подкреплением «Хорошо». Если вдруг собака попытается встать без разрешения, то мы тут же дадим команду «Сидеть», а если она не сядет сама, усадим её с помощью поводка насильно. Как только собака примет прежнее положение, вновь последует условное подкрепление — «Хорошо» (делаешь правильно), но реального подкрепления (кусочка пищи) сразу после этого не последует. Реальное подкрепление собака получит лишь после некоторой выдержки в положении «сидеть». Так постепенно, но достаточно быстро мы сможем объяснить собаке, что она должна садиться по команде «Сидеть», так как за это получает кусочек пищи (положительное подкрепляющее воздействие), и находиться некоторое время в этом положении (за что она тоже получает подкрепление — пищу), и что вставать ей без разрешающей команды нельзя, так как за это её ругают (условное отрицательное подкрепляющее воздействие) и, воздействуют поводком, опять сажают на место (отрицательное подкрепляющее воздействие), да при этом пищу не дают.

Вот таким или примерно таким образом происходит формирование навыка, в процессе которого создаются новые элементы «языка» общения между дрессировщиком и собакой, определяются границы навыка, вводятся команды, санкционирующие выполнение и отмену приёма, используются элементы контрастного метода дрессировки. При этом следует напомнить, что вся проделанная работа, которую мы здесь описали, проводится исключительно на поводке (то есть под постоянным контролем технических средств).

Итак, мы завершили этап взаимных объяснений, на котором у собаки был сформирован и в достаточной степени закреплён навык посадки после команды «Сидеть». Однако если мы посчитаем, что навык уже отработан и подготовленную таким образом собаку поместим в незнакомую обстановку, насыщенную отвлекающими факторами, и попытаемся посадить её по команде, по-видимому, это у нас не получится. Собака вместо посадке после команды «Сидеть», скорее всего, будет демонстрировать ярко выраженную ориентировочно-исследовательскую активность, которая затем может перейти либо в игровое, либо в оборонительное поведение.

Чтобы избежать подобных сбоев, на следующие этапе — «автоматизация навыка», — продолжая работу в условиях обеднённой обстановки, постепенно с помощью воздействий поводка мы вводим более жёсткий контроль за соблюдением собакой грани сформированного навыка. Например, если на этапе «взаимных объяснений» собака соблюдала все наши требования лишь тогда, когда она находилась вблизи от нас, то на этом этапе мы добиваемся от неё устойчивой посадки независимо от нашего месторасположения. При этом значительно возрастает темп работы (команду «Сидеть» подаём своевременно, а следующие за ней направляющие и подкрепляющие воздействия производим очень быстро) и, кроме того, максимально стереотипизируются производимые нами действия. То есть, быстро перемещаясь по дрессировочной площадке, мы сразу же подбегаем к собаке в том случае, если она изменяет положение тела (например, встаёт, заваливает набок передние ноги и т. д.), и незамедлительно поправляем её, воздействуя поводком. В том же случае, если собака сразу выполняет команду, практически мгновенно подкрепляем её правильные действия, применяя условное подкрепляющее воздействие «Хорошо», кусочки пищи и ласку, после чего сразу же отходим от собаки. Все наши действия должны быть максимально однообразны.

Следующей нашей задачей является постепенный перевод собаки со стопроцентного режима положительных подкрепляющих воздействий на вероятностный. Для этого мы будем подкреплять пищей не каждую правильную посадку собаки, а в случайном порядке. При этом собака не должна знать, когда она получит пищу, выполнив требуемую работу (навык), а когда — нет. Это побуждает её вновь и вновь повторять выполнение навыка посадки. Так же постепенно мы уменьшаем количество отрицательных воздействий на собаку (с помощью поводка) в случае нарушений ею границ выполнения навыка (изменение позы, уход с места и т. д.) или явного нежелания его выполнять, но степень этих воздействий плавно увеличиваем.

После того как мы добились от собаки чёткого (сразу после команды) выполнения навыка в условиях обеднённой дрессировочной обстановки, можно переходить к работе с ней в усложнённых условиях: в присутствии других собак, посторонних людей, шумов и т. д. Делать это следует постепенно, по элементам. Так, например, сначала мы попробуем воспроизвести навык посадки собаки где-нибудь в углу тихого сквера (на тихой улице), затем в более людном месте, потом в месте для выгула собак (в их отсутствие), в присутствии одной посторонней собаки, относящейся к нашей собаке индифферентно, и т. д. Вне зависимости от сложности условий обстановки, в которой проходит дрессировка, мы должны всегда добиваться от собаки быстрого и чёткого выполнения навыка посадки сразу после первой команды. Однако в зависимости от характера этих условий степень усложнения границ выполняемого навыка (длительность выдержки в положении сидя, дальность ухода от собаки и т. д.), а также суммарное время работы с собакой, затрачиваемое на отработку навыка посадки, необходимо строго регламентировать. Так как в зависимости от характера условий, в которых проходит дрессировка, собака получает большую или меньшую нервно-психическую нагрузку, а работоспособность нервной системы не беспредельна, то нагрузку необходимо ограничивать. Собака всегда, вне зависимости от внешних условий, чётко и быстро должна выполнять навык посадки сразу после первой поданной нами команды, без применения как положительных (пищевых), так и отрицательных подкрепляющих воздействий. Только после этого снимается поводок и с собакой продолжают работать без поводка. Постепенно условное положительное подкрепляющее воздействие «Хорошо» применяется все реже и реже, а затем заменяется просто молчание дрессировщика.

III. 6. Стадии дрессировочного процесса.

Подобно тому как процесс формирования любого навыка имеет свои этапы, так и весь дрессировочный процесс в целом можно разбить на определённые стадии и этапы.

Каждая стадия выражает некие объективные характеристики, отражающие некоторые «социальные» отношения между дрессировщиком и собакой. Естественно, что они как внутри каждой стадии, так и в течение всего дрессировочного процесса претерпевают некоторую эволюцию, и теоретически окончание дрессировочного процесса подразумевает стабилизацию этих отношений. На практике получается не совсем так. Таким образом, основным объектом нашего внимания будут стадии дрессировочного процесса, рассматриваемые под углом зрения взаимоотношений дрессировщика и собаки.

Следует помнить, что на любой стадии дрессировки процесс обучения обязательно включает в себя три главных этапа:

1. Начальное обучение.

2. Обучение с использованием вероятностного режима в условиях различных дрессировочных ситуаций.

3. Автоматизация навыка.

Итак, рассмотрим стадии дрессировочного процесса.

Стадия 1. Адаптация

Фаза 1. Установление контакта. Дрессировки животного следует начинать с установления контакта между дрессировщиком и собакой, то есть тех взаимоотношений, когда владелец и собака могут с той или иной вероятностью прогнозировать действия друг друга. На практике этот период дрессировки может занимать различные по длительности отрезки времени и практически совпадать с собственно адаптацией — второй фазой стадии дрессировочного процесса.

Для того чтобы добиться с собакой «взаимопонимания», дрессировщик должен использовать определённые приёмы, воздействующие на потребностно-эмоциональную сферу животного. На этом этапе владелец должен много играть с собакой, положительно подкрепляя желательные ему формы поведения и отрицательно — нежелательные (скажем, попытки агрессии). Этот метод довольно ярко описан известной дрессировщицей и учёным К. Прайор в книге «Не рычите на собаку». В целях возможно более сильной ориентации собаки на владельца следует использовать пищевую мотивацию, то есть работать с сильно голодной собакой, подкрепляя желательные для дрессировщика действия кусочками пищи. Наиболее эффективно занятия на этой стадии проходят в процессе прогулок владельца с собакой, когда игра, отдых и работа представляют собой единый процесс.

Таким образом, при использовании дрессировщиком такого подхода, при котором он является «распределителем благ», животное постоянно держит дрессировщика в центре своего внимания, быстро различает действия, вызывающие ваше одобрение и неодобрение. Если вы будете последовательны, а ваши действия адекватны, то собака будет демонстрировать нежелательные формы поведения все реже и реже. Попросту говоря, используя в дрессировке на стадии налаживания «контакта» с животным политику «кнута и пряника» (контрастного метода дрессировки), вы помогаете собаке научиться прогнозировать (до определённой степени) ваше поведение и соответственно строить своё.

Фаза 2. Собственно адаптация. Как уже говорилось выше, на практике, особенно в процессе работы с крупными и агрессивными собаками, первая и вторая фазы адаптации практически совпадают. Однако если рассматривать эту стадию в «чистом» виде, то главной задачей второй фазы и всей стадии адаптации в целом следует рассматривать стабилизацию ролевых взаимоотношений владельца, членов его семьи и собаки, то есть формирование социальной ниши собаки в семье владельцев.

По существу, эта стадия обеспечивает создание нормальных предпосылок для взаимовыгодного и стабильного сосуществования владельца и собаки.

Основным средством установления «рамок» поведения собаки является также контрастный метод дрессировки, но с преобладанием «пряника», а не «кнута» (то есть когда основная дрессировочная работа выполняется с использованием сильной пищевой мотивации). Задача дрессировщика на этом этапе состоит в том, чтобы с помощью формирования у собаки нескольких основных навыков общего послушания полностью перестроить свои взаимоотношения с собакой, определив ей соответствующее место в социальном пространстве семьи. В круге обязательных (для этой стадии дрессировки) следует отметить следующие приёмы (навыки): подход к дрессировщику по команде «Ко мне», нахождение у ноги дрессировщика по команде «Рядом», чёткое выполнение команд «Сидеть», «Лежать» с достаточной выдержкой собаки в этом положении, уход и нахождение собаки на обозначенном дрессировщиком месте по команде «Место» в обеднённых средовых условиях (дома у владельца). Естественно, что полностью сформированным любой из этих навыков может считаться лишь при полной автоматизации его реализации.

На этой стадии дрессировщиком вводятся условные отрицательные подкрепляющие воздействия («Фу», «Нельзя» и т. п.) — сигналы, прекращающие любую нежелательную деятельность собаки. На этом этапе обучение и дрессировки у владельца и собаки должен окончательно сформироваться «язык» (зачатки которого появляются ещё на стадии «контакта»). В дальнейшем «язык» будет лишь развиваться и обогащаться при обучении собаки новым навыкам.

Со стороны владельца «язык» характеризуется рядом приказов, которые санкционируют запуск тех или иных языков и их отмену по акустическому (с помощью голоса) и зрительному (с помощью жестов) каналам, а также набором различных слов, жестов и интонаций, демонстрируемых владельцем в процессе общения с собакой, которые отражают прежде всего его эмоциональное состояние (в том числе условные подкрепляющие воздействия). Со стороны собаки это «язык» в идеальном случае (когда дрессировщик обращает внимание на весь поведенческий репертуар собаки, демонстрируемых ею в самых различных ситуациях, — общение с владельцем, собаками на улице, членами семьи владельца и т. д.) — совокупность всех форм и элементов поведения, а также акустических сигналов, производимых собакой в процессе её жизнедеятельности. В худшем случае «язык» собаки (с точки зрения дрессировщика) включает в себя лишь те элементы и формы поведения, а также акустические сигналы, которые демонстрируются животным в процессе общения с дрессировщиком.

На этой стадии дрессировочного процесса, кроме установления чётких границ выполнения навыка и его автоматизации, дрессировщик должен стремиться максимально расширить сферу ситуаций, в которых собака должна ориентировать своё поведение на него. То есть необходимо заранее продумать и спрогнозировать ситуации, в которых выполнение навыка (или навыков) для собаки затруднено и в которых животное может выйти из-под контроля. После определённого набора и «обкатки» взаимодействий дрессировщика и собаки в условиях различной дрессировочной обстановки животное начинает «согласовывать» своё поведение с поведением дрессировщика на необходимом уровне. То есть собака начинает признавать дрессировщика «лидером», поведение которого определяет поведение «ведомого» (собаки). Это не означает автоматизацию поведения собаки до уровня «живого робота», а лишь знаменует собой окончательный «раздел» социального пространства в группе «человек-собака» на социальные ниши.

Разумеется, что расширение сферы ситуаций, в которых выполняются базовые навыки, правомочно лишь после чёткого их обучения в условиях обеднённой среды. Кроме того, на этой стадии у ряда собак отмечается такой любопытный феномен, как увеличение «социализации» поведения. Она характеризуется стремлением собаки активно «согласовать» своё поведение с дрессировщиком, что выражается в таком всем знакомом поведении собаки, как ориентация на владельца в момент изменения направления движения при нахождении на незнакомой территории и т. д. Некоторые собаки в такие моменты буквально «заглядывают в глаза» своему владельцу. Другие, стараясь «угодить» дрессировщику, могут спонтанно (без команды) демонстрировать отработанные навыки, например по преодолению препятствий (барьеров, бумов, лестниц). Такое поведение, безусловно, означает признание собакой за владельцем лидерских позиций. В его основе лежит, по-видимому, потребность собаки в социальной поддержке и соответствующая ей специфическая мотивация, которая стимулирует и направляет «социальное» поведение в рамках диады «человек-собака». Конечным результатом поведения собаки является «одобрение» лидером соответствующего задачам формируемых навыков поведения. «Одобрение» может, вероятно, демонстрироваться лидером, по крайней мере, в двух видах: в виде «активного» одобрения и в нейтральном виде (то есть при сильной «социальной» мотивации отсутствие отрицательных подкрепляющих воздействий само по себе является подкреплением).

Стадия 2. Формирование сложных навыков

После того как взаимоотношения в диаде «человек-собака» установились, выработан «язык» общения между владельцем и животным, можно приступить к формированию сложных навыков (сказанное, однако, не запрещает попыток постепенного формирования сложных навыков и на стадии адаптации). К ним можно отнести различные «цепи» поведенческих актов, то есть навыки, включающие в себя несколько более простых элементов — навыков. К таким сложным навыкам относятся апортировка, различные нормативные упражнения по преодолению препятствий (взятию барьера с последующим возращением в положение «рядом» у ноги владельца), различные управления в рамках специальных служб (охрана вещи, выборка вещи, задержание «нарушителя» и т. д.).

С позиции «социальных» отношений эта стадия характеризуется стабилизацией, но не окончательной, ролевых функций собаки и окончательным установлением границ социальной ниши. Выработку навыка здесь существенно облегчает усилившаяся «социализация» собаки, которую можно трактовать и как желание животного угодить владельцу-лидеру.

При обучении собак специальным навыкам особое внимание требуется уделять контролю за выполнением навыков. Естественно, что после начального обучения, когда животное уже связало выполнение навыка с подачей сигнальной команды, необходимо ещё более точно очертить границы формируемого навыка, а затем автоматизировать его выполнение. На данном этапе, кроме разучивания новых сложных навыков, необходимо добиваться чёткого и быстрого выполнения по команде уже сформированных навыков (в любой ситуации и при любых обстоятельствах). Автоматизация базовых навыков спасли жизнь не одной собаке, когда владелец, подавая команду «Ко мне», буквально выдёргивал животное из-под колёс автомобиля, куда его приводила бешенная погоня за кошкой. Эффективно решать эту задачу дрессировщику позволяет использование контрастного метода дрессировки (за счёт регуляции смены у животного доминирующих мотиваций), а также сложившиеся «социальные» взаимоотношения между членами диады. В рамках второй стадии необходимо добиться автоматизации базовых навыков и успешно освоить обучение собаки сложным навыкам.

Стадия 3. Обучение специальным навыкам

Эта стадия дрессировки может следовать сразу после стадии адаптации, поскольку для формирования специальных навыков у собаки не является обязательным обучение её сложным навыкам. Хотя большинство специальных навыков вырабатывается после прохождения второй стадии обучения, зачастую специальные навыки также являются сложными навыками («цепи» поведенческих актов), как и формируемые на второй стадии.

В плане «социальных» отношений (в широком смысле) отличительной чертой стадии будет видоизменение в процессе обучения специальным службам (караульной, защитной, розыскной) ролевых функций животного. Однако взаимные позиции владельца и собаки (их социальные ниши и их границы) должны оставаться неизменными (то есть, несмотря на расширившиеся ролевые функции собаки, дрессировщик по-прежнему должен оставаться для неё безусловным лидером).

Обучение специальным службам представляет собой наиболее сложную стадию дрессировки, поскольку подразумевается расширение диапазона деятельности собаки и принятие в процессе «несения службы» самостоятельных решений.

Здесь владелец должен особое внимание обращать на поэтапное и постепенное формирование сложных навыков путём последовательной проработки навыков-элементов входящих в их состав. В качестве базовой можно использовать любую мотивацию, соответствующую задачам формирования навыка. В рамках защитной или караульной служб агрессия формируется на базе потребности в самосохранении или же тех или иных конкурентных взаимодействий между помощником (который изображает злоумышленника) и собакой за жизненно важный для собаки субъект или объект. При обучении собаки сложным навыкам (задержание нарушителя, охрана вещи и др.) следует использовать метод оперантного обучения, при этом первоначально отрицательные подкрепляющие воздействия по отношению к ней желательно не применять. Дрессировщик обязан создать такие условия занятий, в рамках которых при обучении специальным навыкам животное всегда бы достигало прогнозирующего результата. Положительные подкрепляющие воздействия собака получает лишь тогда, когда демонстрирует то или иное поведение, желательное для дрессировщика (обычно в начале обучения это не весь сложный навык, а лишь часть его). Например, характер и сила «хватки» тряпки, которой помощник дразнит собаку, должны одновременно являться первоначальной границей формируемого навыка (целью дрессировки на начальном этапе), определяемой дрессировщиком в процессе планирования своих действий, и результатом деятельности собаки. Условия для реализации такой дрессировочной программа должны создаваться самим дрессировщиков, который должен сформировать у собаки адекватную задаче исходную биологическую или социальную потребность, удовлетворяя которую собака может достигнуть прогнозируемого результата, при этом вы целом её эмоциональное состояние должно быть положительным. Как и на всех других стадиях, на стадии специальной дрессировки необходимо (и, может быть, важнее, чем на других стадиях) правильно сформировать границы выполнения навыка. Забвение этого правила ведёт к тому, что собака может выполнить отработанный навык без санкции владельца, например броситься на прохожего и покусать его.

Выделенные стадии дрессировочного процесса при кажущейся условности отражают реальное положение дел. Не миновав первой стадии (адаптации), невозможно грамотно выдрессировать собаку (если под дрессировкой понимать данное выше определение).

Таким образом, процесс дрессировки отличается от процесса научения животного в природе тем, что на разных стадиях дрессировщик сознательно и направленно формирует социальную нишу животного и его ролевые функции, в то время как в природе, в процессе научения, животное может формировать свои функции и социальную нишу не только под активным воздействием членов стаи, но и во многом сообразно своим возможностям и имеющимся «вакансиям» на ту или иную роль.

III. 7. Основные правила

В процессе дрессировки требуется неукоснительно соблюдать основные правила, или так называемые правила трех «П»: постоянство, постепенность, последовательность.

1. Постоянство. Дрессировку животного следует строить по такой схеме, при которой её обучение происходило бы в процессе повседневного общения с дрессировщиком. Таким образом, не следует разграничивать периоды, когда собака дрессируется, от периодов отдыха. Это тем более важно, что послушание или применение специальных навыков требуются от собаки не в условиях дрессировочной площадки, а в повседневной жизни (разумеется, специальную дрессировку трудно вынести за рамки дрессировочной площадки, однако здесь постоянство достигается за счёт смена мест дрессировки, смены помощников и т. д.). Режим постоянства в условиях обучения собаки на стадии адаптации достигается тем, что весь цикл бодрствования собаки во время общения её с владельцем разбивается на более или менее продолжительные периоды дрессировки (прогулок, игр), чередующиеся между собой. При таком режиме собака не устаёт, её внимание фокусируется на дрессировщике и, таким образом, она всегда готова выполнить его команду. Помимо прочего, именно таким образом складываются ролевые отношения дрессировщика и собаки, достигается их постоянное взаимопонимание (контакт) без привязки этих отношений к одному месте — дрессировочной площадке. Поясняя эту мысль, заметим, что при распространённом в настоящее время режиме дрессировки, когда собака главным образом обучается раз в неделю в течение двух часов в одном месте, дрессировщик получает «на выходе» собаку, которая делает все, что ей положено, но только на дрессировочной площадке (если курс обучения прошёл успешно).

2. Постепенность. Данное правило касается режима занятий, вернее, той его части, которая затрагивает выносливость животного к предъявляемым в процессе занятий нагрузкам (как физическим, так и нервно-психическим). В процессе дрессировки бывает сложно избежать физического и психического утомления животного. Здесь важно помнить, что собаку лучше недогрузить, чем перегрузить. Причём это правило касается не только одного занятия, когда применение первого «П» практически предотвращается нервно-психические перегрузки, но и целых циклов. Например, на стадии адаптации установление «социальных границ» следует производить постепенно, то есть не следует пытаться добиться от животного желаемого конечного результата сразу, воздействия него (особенно отрицательные подкрепляющие воздействия) следует усиливать постепенно.

В рамках обучения собаки по курсу защитной службы перегрузки встречаются часто и характеризуются неадекватными данной ситуации элементами поведения собаки, такими, как зевание, почёсывание, попытки поймать свой хвост, направленный на помощника лай и т. д. В этих случаях собаке необходимо срочно дать отдых — переключить на другую деятельность (игру с владельцем, прогулку или любую другую альтернативную активность).

3. Последовательность. Это правило включает в себя несколько положений.

Отработка навыков должна производится с постепенным усложнением. Нельзя требовать от собаки выполнения навыка сразу, всегда и везде. Необходимо сначала добиться чёткого его выполнения в более простых условиях, после чего можно начинать его отработку в более сложных.

Начиная отработку навыка в более сложных условиях, следует строить обучение таким образом, как будто этот навык отрабатывается впервые. К. Прайор называла такой метод дрессировки «возвращение в детский сад». Иначе говоря, в усложнённых условиях необходимо пройти все те этапы обучения, которые проходили в более простых.

Дрессировку следует начинать с обучения более простым навыкам, а затем переходить к обучению более сложным.

Повышать требования к «чистоте» исполнения навыка следует понемногу, так, чтобы у собаки всегда была возможность «заработать» подкрепление. То есть подкреплять на первых этапах необходимо даже нечётко исполненный приём, и лишь постепенно ужесточать требования.

Необходимо разбивать сложные навыки типа «Апорт», «Место», «Охрана вещи», «Задержание нарушителя» на составляющие элементы и на первых этапах подкреплять выполнение каждого из этих элементов в отдельности. Нельзя сразу требовать от животного выполнения всего сложного навыка в целом. Отработав каждый из элементов, следует постепенно объединить их в единую «цепь поведенческих актов», причём построение «цепи» начинается, если можно так выразиться, от «конца к началу», то есть от «финальной: стадии навыка до «начальной».

На начальных стадиях формирования навыка используйте стопроцентное подкрепление правильных действий собаки, постепенно переходя на вероятностный режим подкрепления, что значительно усиливает заинтересованность животного в конечном результате и существенно стабилизирует его работу.

Вводя новые требования к животному при исполнении какого-либо навыка, снизьте требования к не очень важным элементам этого навыка. Например, требуя от животного увеличения скорости возврата на место при выполнении соответствующей команды, не очень ругайте его за неточность и нечёткость «приземления». Постепенно ужесточая требования, добивайтесь чистоту исполнения навыка.

Если качество выполнения требуемого навыка не соответствует очерченным вами границами и дело застопорилось, повторите весь процесс обучения этому навыку, не минуя ни одного этапа. Так будет намного быстрее и лучше. Здесь также работает правило: «возвращение в детский сад».

Мы надеемся, что приведённые в этом разделе правила трех «П» и закономерности, рассмотренные в других разделах главы, помогут вам и вашей собаке не только избежать нервно-психических перегрузок в процессе дрессировки, но и лучше понять друг друга, увидеть то, чего раньше, возможно, не замечали. К сожалению, ограниченный объём главы не позволил привести практические методы дрессировки (то есть дать рецепты, как формировать те или иные конкретные навыки у собаки), но в будущем мы надеемся восполнить этот пробел.

Системные принципы дрессировки

13.10.2008

Статья В.С. Варлакова и И.И. Затевахина в сборнике «О чем лают собаки»

Не кажется ли вам странным, что для управления собакой не требуются права, аналогичные тем, которые выдаются для управления автомобилем? А ведь собака «устроена» значительно сложнее любого самого современного автомобиля, и, соответственно, управлять ею непросто. Очевидно, для того чтобы правильно обучать и дрессировать собаку, владелец должен хотя бы в общих чертах иметь представление о механизмах, последующих поведение собаки, и о теоретических принципах, лежащих в основе дрессировки.

Авторы этой статьи по роды своей деятельности занимаются изучением поведения животных и одновременно являются дрессировщиками с большим опытом практической работы с собаками. Поэтому, с одной стороны, им хотелось обобщить приобретённый опыт, а с другой — представить этот опыт в рамках современных научных концепций, которые за последнее время претерпели значительные изменения.

Нужно сказать, что наибольшее влияние на развитие современных научных представлений физиологического и зоопсихологического направлений, так и работы современных этологов. К первым можно с уверенностью отнести работы представителей школы П. К. Анохина и «постскинеровского» течения в американской зоопсихологии, ярчайшим представителем которого является К. Прайор (Советские читатели знают её замечательные книги «Не рычите на собаку» и «Несущие ветер»). Любители животных, интересующиеся зоосоциональным поведением, несомненно, помнят работы А. Д. Пояркова, которые во многом сформировали в нашей стране современные взгляды на «социальное» поведение животных и заложили фундамент для понимания организации «социального» поведения собаки. Эти исследования позволили спроецировать закономерности, лежащие в основе «социальной» организации стай собак, на взаимоотношения, складывающиеся между собакой и дрессировщиков, собакой и членами семьи человека, в которую на тех или иных правах включается собака.

На первый взгляд, дрессировка собаки кажется простым, не требующим больших знаний делом, но это совсем не так. Дрессировка представляет собой сложный, многоступенчатый процесс, изобилующий многими «ловушками» для дрессировщика. Вместе с тем мы считаем: достаточно понять, что в основе любой дрессировки лежат несколько основных принципов, применяя которые, можно успешно дрессировать любое животное — от аквариумных рыбок до собак и дельфинов (и даже, как блистательно доказывает нам К. Прайор, людей).

Мы не ставили перед собой задачу ответить на все вопросы, связанные с теорией и практикой дрессировки, и поэтому нам бы хотелось, чтобы эта работа не воспринималась как некое законченное руководство, в котором описывается, как нужно формировать тот ли иной конкретный навык. Широкий круг любителей собак (каждый из которых представляет собой потенциального или состоявшегося дрессировщика) нуждается, по нашему мнению, прежде всего в определённом минимуме знаний, куда входят сведения по физиологии, зоопсихологии, этологии собак, с одной стороны, и некоторых основных принципов дрессировки — с другой.

Таким образом, в первую очередь наша цель — помочь начинающим и уже состоявшимся любителям собак по-новому увидеть себя и свою собаку, понять, что определяет поведение собаки в процессе дрессировки, правильно построить свои отношения по биологии собаки и физиологии обучения и по возможности основные принципы, лежащие в основе обучения и дрессировки.

1. СОБАКА В СЕМЬЕ. БИОЛОГИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ

1.1. Эволюция взаимоотношений

История взаимоотношения человека и предков современной домашней собаки уходит в далёкое прошлое. Наиболее вероятно, что сама природа подтолкнула человека и предков собак друг к другу.

Первым этапом «сближения» являлось формирование межвидовых агрегаций (объединений) — образований весьма обычных у многих млекопитающих (копытных, дельфиновых). В межвидовых агрегациях хищников — будь то дельфины или наземные хищники — каждый из видов, входящий в такое объединение, выполняет какую-либо функцию, взаимодополняя и взаимодействуя друг с другом. По-видимому, функциональное значение предков собак в такой агрегации сводилось к сторожевым функциям, то есть к обнаружению и загону добычи, а главной функцией человека было её умерщвление. Соответственно у стола человека постоянно кормилась группа животных (собак) разных поколений. Постепенно, на протяжении длительного времени, поколение сменялось поколением, и у собак шёл отбор на большую приспособленность к сосуществования с человеком, по существу, отбор на «лояльность» к человеку. Предки блоков на этом этапе выбрали другой путь — путь самостоятельного развития, на определённом этапе эволюции человеческого общества появилась возможность включения собаки в человеческую семью на правах «домашнего животного». Видимо, с этого этапа началось современное породообразование (и первые попытки направленной дрессировки), в процессе которого человек, используя такой мощный рычаг, как искусственный отбор, формировал высокоспециализированные по своим функциям породы, причём кроме закрепления определённых рабочих качеств и экстерьерных отличий этот отбор усиливал и закреплял главное качество собаки — лояльность по отношению к человеку.

1.2. Биосоциальные предпосылки

Естественные вопрос: на основании каких биологических механизмов (и, если быть более точным, на основании каких видовых биосоциальных особенностей) самая недрессированная собака является большим членом человеческой семьи, нежели самая дрессированная кошка (хотя владельцы кошек, по-видимому, не согласятся с этим утверждением). Ответ на этот вопрос следует искать прежде всего в том, что собака — существо общественное (социальное), а кошка — животное одиночное. Этот общепринятый тезис, нам кажется, необходимо несколько расшифровать и ознакомить читателя с некоторыми представлениями о социальной организации собак.

До последнего времени в специальной литературе господствовали взгляды на групповую организацию животных как на некоторую линейную систему. То есть главным механизмом внутригрупповой организации считали доминантную иерархию, а его выражением — так называемый «порядок клевания». Согласно этой концепции всех особей в группе можно выстроить в определённом порядке: от самого сильного и «злого» до самого слабого и неагрессивного. При этом мерилом ранга являлось доминирование (приоритетный доступ) к тому или иному ограниченному ресурсу (корму, самке, воде и т. д.). В процессе дальнейших исследований оказалось, что такой взгляд достаточно однобок. Выяснилось, что, во-первых, каждое животное в природных условиях проявляет максимальную настойчивость и усилие за обладание ограниченным ресурсом в различных ситуациях, так, в частности, у собак (по наблюдениям А. Д. Пояркова) одна особь может доминировать при конкуренции за самку, оставаясь более пассивной в других ситуациях, другая — в соревновании за пищу. Во-вторых, оказалось, что объединение нескольких особей успешно противостоит более сильной особи и даже может «свергнуть» её с позиции лидера. На наш взгляд, эти сложные явления в социальной организации групп животных объясняются следующим образом. Любую организацию особей ниже популяционного уровня (стая, стадо, группа, семья и т. д.) можно представить в виде многомерного пространства, которое заполняет социальная среда — совокупность связей, взаимодействий и взаимоотношений особей в группе. В этом многомерном пространстве, по аналогии с принятыми понятиями, выделяются многомерные социальные ниши, занимаемые той или иной особью. Границы социальных ниш определяют границы (потенциальные или реализованные выполнения особью той или иной функции в стае/группе/). Другими словами, социальная ниша — это то место, которое животное занимает в группе. Если представить грубую аналогию с семьёй человека, то получается следующая картина. В семье грубо можно выделить следующие социальные ниши — отца, матери, детей. Однако в пределах этих ниш ролевые функции могут несколько разниться: в одной семье отец ходит на работу каждый день, а мать не работает и занята хозяйством и воспитанием детей; в другой — отец ходит на работу «сутки через двое» и активно помогает матери по хозяйству и в воспитании детей и т. д. Все же совокупность функций особи в стае называется социальной ролью.

В пределах социальной ниши, занимаемой особью, формируется её социальная роль. Социальное окружение (то есть другие особи группы) формирует границы социальной ниши или границы действий социальной роли. У бродячих собак А. Д. Поярковым выделялись роли «лидера» (животное, на которое в большей степени ориентируют своё поведение другие особи в группе), «пограничника» (животное, которое «берет на себя» инициативу во время пограничных конфликтов, но лишь при санкционирующей поддержке «лидера») и др.

Однако в каждой группе эти роли неизбежно имеют только данной группе присущие социальные границы, сформированные их непосредственным окружением, а также индивидуальными особенностями самой собаки. (Если вернуться к аналогии с человеческой семьёй, то социальная роль отца, каждый день работающего и принимающего малое участие в домашнем хозяйстве, будет несколько отличаться от роли отца, работающего не каждый день и принимающего активное участие в домашнем хозяйстве. Таким образом, ниша отца «добытчика» материальных благ одна в обоих случаях, а ролевые функции несколько отличаются). Каждая из особей имеет свои особенности — стремление к лидерству, уровень агрессивности, устойчивость (сила) нервной системы и т. д. Потенциально наиболее обширной социальной нишей обладают животные, играющие роль лидера. Они имеют максимальную свободу в принятии решений в той или иной ситуации.

Эти, на первый взгляд, отвлечённые рассуждения имеют прямое воплощение в реальных взаимоотношениях между человеком и собакой. Семья, в которой находится собака, представляет собой своеобразную разновидную социальную группу (двухвидовую), причём, как бы ни воспринимал собаку её хозяин, она ведёт себя в этой группе в соответствии со своими законами. Естественно, что «собачьи законы» определяются наследственным комплексом, обусловливающим потенциальную возможность развития у собаки тех или иных форм поведения. Например, собаки с устойчивым внутренним комплексом «лидера», случается, активно пытаются установить себя в этом статусе в процессе взросления. Довольно часто так бывает у крупных собак и, как правило, проявляется в том, что по мере взросления щенок все чаще и чаще «показывает зубы» и становится все более агрессивным по отношению к владельцам. Если рассмотреть «анатомию» таких взаимоотношений, то выясниться, что агрессия собаки, как правило, возникает при попытке ограничения или запрещения ей какой-либо деятельности владельцем. К примеру — собака играет с палкой, а вы её забираете. Если владелец потворствует таким «проявлениям характера» животного, не устанавливает активно нужных социальных границ, то исход может стать примерно таким: старый ротвейлер, овладев любой случайно обронённой вещью, с трудом отдавал её назад. Попытка забрать вещь провоцировала агрессию — предупреждалась рычанием, а иногда дело доходило до небольшого кровопролития. Уронив носок, владелец этой собаки должен был «выменивать» его на какую-либо другую вещь, например, на носовой платок.

Другой пёс, не задумываясь, прокусил ногу владельцу, которой тот неосторожно пошевелил в опасной близости от грызущей кость собаки.

Таким образом, эволюция создаёт предпосылку для возможности сосуществования бок о бок человека и собаки, но не определяет рамок этого сосуществования. Те или иные формы поведения, потенциально заложены в каждой собаке, смогут реализовываться, а могут не реализовываться, однако для того, чтобы то или иное поведение могло быть проявлено, необходимо его наследственное обусловливание. Так, собака в семье человека может занять нишу «лидера», но никогда не сможет занять нишу тёщи. Навязывание некоторыми владельцами своей собаке ниши «ребёнка» (обычно при этом подразумевается, что собака соответствующим образом будет себя вести) зачастую ведёт к тому, что по мере взросления наклонности собаки, не ограниченные рамками со стороны владельца, приобретают все более угрожающий характер. В этом случае неоправданное отсутствие границ социальной ниши ведёт к тому, что собака стремительно проходит эволюцию от капризного баловня до тирана, терроризирующего владельцев.

Так, один из кобелей — немецкая овчарка — имел чётко выраженный территориальный комплекс: в качестве своей он считал территорию спальни, в которую пропускал хозяйку (её он почитал за лидера) и стремился не допустить хозяина (вернее, пускал, но со всяческими оговорками — рычал, иногда прикусывал).

Социальные границы для уверенных в себе собак с лидерским комплексом иногда необходимо устанавливать и при появлении в группе (семье) новых членов. Человек, входящий в группу, будет испытывать на себе давление со стороны собаки (если давать последней такую возможность). Известен такой случай, когда боксёр избавил семью от не в меру загостившихся знакомых. Дело происходило на даче, которую члены семьи покинула рано утром, оставив собаку наедине с гостями до возвращения с работы. Во время отсутствия «своих» пёс (по рассказы испытавшей на себе все прелести этого сосуществования гостьи) полностью взял ситуацию под свой контроль. Легче перечислить те вещи, которые он разрешил «чужим», чем те, которые запретил. Все упавшие на пол предметы он складывал к себе к конуру, не позволял бегать, громко говорить. Вообще ходить по участку было нежелательно. Короче говоря, с трудом дождавшись хозяев, гости почли за благо уехать.

Бывают и такие ситуации, при которых собака, признавая безоговорочным лидером одного из членов семьи, с другими строит свои отношения по своему усмотрению. Такое случается при «попустительстве» со стороны владельца-лидера в семьях, где есть дети. Собака при таком раскладе «воспитывает» детей сама, но при этом берет на себя функции по их защите (или любых других, «подчинённых» ей членов семьи) от посторонних. Один их авторов в младенческом возрасте сам испытал на себе «твёрдую руку» собаки, принадлежавшей его отцу. Это была на редкость самостоятельная и «серьёзная» сука дога, без всякого специального обучения охранявшая дачный участок. (Оставшись вместе с пожилой бабушкой дома, она продержала около дух часов на стремянке газовщика, пришедшего что-то проверить, но ушедшего только с приходом отца семейства). Так вот, «воспитание» ребёнка протекало следующим образом: собака вступала с ним в конфликт в любой ситуации, при которой он как-либо затрагивал её интересы. Кроме того, она имела обыкновение бегать галопом по участку, норовя пробежать в максимальной близости от тогда ещё очень и очень юного автора. Если он делал шаг в сторону (что вполне простительно, ибо голова собаки, стоящей на четырех лапах, доставала ему до плеча), то догиня с торжествующим взлаиванием врезалась в него и, естественно, сбивала с ног. Однажды как-то на прогулке владелец знакомого «сторожевика» (стоя на расстоянии не более метра от автора) замахнулся на свою собаку, допустившую какую-то провинность. Догиня, бегавшая метрах в пяти, расценила этот жест по-своему и в одно мгновение «прокомпостировала» замахнувшемуся руку. Это была последняя прогулка тет-а-тет автора и собаки, но не последняя взаимная дрессировка, поскольку после жалобы владельца «сторожевика» сделали свои выводы родители автора, ограничив территорию взаимодействия ребёнка и собаки рамками дома и дачного участка.

Другая обычная ситуация — это неоправданное перенесение механических представлений о линейной иерархии в группах животных во взаимоотношения собаки и человека. Часто в этом случае человек стремится полностью подавить собаку, не оставляя места индивидуальности и, по существу, оставляя животному, используя нашу терминологию, очень небольшое социальное пространство, низводя её таким образом в нишу «изгоя». Как правило, такой подход сопровождался тщательно скрываемым стразом перед животным и (или) стремлением самоутвердиться.

Ещё одна группа отклонений при «иерархическом» подходе при дрессировке собак при водит к тому, что собака, отдрессированная «на кухне» или площадке, становится неуправляемой в незнакомой ситуации и может перестать подчиняться владельцу и убежать с другой собакой. Такой подход чреват прежде всего тем, что он не очерчивает границ социальной ниши, и поэтому собака в ряде случаев может вести себя, не «согласуя» свои действия с владельцем (не ориентируясь на него).

В нашей практике встречался и такой экзотический, на первый взгляд, случай, наглядно иллюстрирующий предыдущий тезис. Один очень послушный и ласковый с членами семьи боксёр становился агрессивным и неуправляемым в определённой ситуации — при попытке прерывания его контакта с вошедшими в дом людьми (будь то гости или водопроводчик — без разницы). Другими словами, если хозяева мешали собаке приветствовать гостя (облизывать с ног до головы), то она тут же обращала свою энергию (теперь выражаемую в диаметрально противоположной форме — форме агрессии) на того, кто посмел помешать радостной встрече.

Неправильное формирование ролевых функций собаки иногда проявляется и в неоправданном сужении социальных рамок, в которых они (функции) должны «работать». Это происходит при долговременной «ситуативной стереотипизации» дрессировки и выражается обычно в том, что в каких-то знакомых ситуациях собака работает, а в любых незнакомых — нет, буквально демонстрируя непонимание ситуации и полную растерянность. Как пример можно привести собак, получающих дипломы по защитно-караульной службе и неплохо работающих на дрессировочный халат (эти аспекты своей роли «защитника» они выучили на отлично). Но вот беда: многие из этих собак, сталкиваясь с более или менее жизненной ситуацией, теряются и не выполняют возложенных на них функций (кусаются за края одежды или не кусаются вообще и т. д.).

Подобные перекосы во взаимоотношениях владельцев и собаки возникают в тех случаях, когда воспитание собаки происходит без учёта необходимости формирования правильных границ социальной ниши (внутри которой собаке отводятся те или иные функции — та роль, на которую её ориентирует владелец). Иными словами, роль формируется (неважно, направленно или нет), а её границы — нет.

Таким образом, «глобальной» задачей дрессировки является правильное формирование места собаки в семье владельца (её социальной ниши) и, в последующем, тех ролевых функций, которые определит для неё дрессировщик. На конечном этапе дрессировки выполнение собакой тех или иных функций не должно выходить за установленные владельцем рамки. Так, к примеру, служебная собака должна кусаться не тогда, когда ей хочется, а когда подана соответствующая команда или возникла специальная ситуация, требующая от неё соответствующих действий. Сказанное касается и любых других ролевых функций, формируемых у собаки дрессировщиком.

II. ФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ И ЭТОЛОГИЧЕСКИЕ ПРИНЦИПЫ ДРЕССИРОВКИ

Основной задачей дрессировщика является формирование определённых желательных и устранения нежелательных форм поведения собаки, закреплённых желательных форм поведения в виде навыков, создание чётких границ ролевых функций собаки в семье, по отношению к дрессировщику и дрессировочному процессу. Поэтому от дрессировщика требуется не только понимание этологических закономерностей, определяющих взаимоотношения человеческой семьи и собаки, но и достаточно глубокое знание основных принципов формирования и организации целенаправленного поведения животных, которые лежат в основе процесса обучения.

Собака — существо высокоорганизованное, способное улавливать логические взаимосвязи между элементами внешнего мира и решать многие задачи эвристическим путём, то есть посредством ассоциативного обучения, экстраполяции или «инсайта».

Согласно теории функциональных систем академика П. К. Анохина, организм работает по принципу функциональных систем, как единое целое. В нём нет отдельно функционирующих органов, например дыхания, пищеварения, выделения и т. д. Организм — это единое содружество и взаимодействие всех органов и тканей, базирующееся а принципе саморегуляции и взаимодействия. Деятельность организма всегда активно направлена на единый многопараметричный приспособительный результат — выживание.

С этой целью в организме формируются иерархически организованные функциональные системы, каждая из которых обеспечивает достижение своего конкретного приспособительного результата, то есть поддержание и реализацию вполне определённой функции организма (акта глотания, дыхания, двигательного акта, уровней артериального давления крови, метаболических компонентов, питательных веществ и др.), а также формирование и реализацию врождённых и приобретённых форм поведения. Таким образом, наравне с другими существующими функциональными системами организма, в тесной с ними взаимосвязи существуют системы, обеспечивающие деятельность организма на поведенческом, более высоком уровне организации. Поведение, с позиций теории функциональных систем, рассматривается как активное воздействие на среду. Результатом поведения обычно является удовлетворение биологической или социальной потребности организма (например, потребление пищи, воды, достижение лидерства в группе).

Помимо естественных биологических и социальных потребностей организма, формирующих соответствующие мотивации, в организме существует особого рода биологическая потребность в положительных ощущениях. Существование этой потребности было продемонстрировано с помощью методики самостимуляции в экспериментах на различных видах животных. Суть методики заключается в том, что животному представлялась возможность, нажимая на специальную педаль, раздражать определённые структуры собственного мозга. Если кончик электрода, вживлённого перед экспериментом, попадал в особые области мозга (впоследствии названные позитивно-подкрепляющими зонами), то животное, первоначально случайно нажав на педаль, в дальнейшем не отходило от неё, продолжая вновь и вновь давить на неё, получая при этом видимое удовольствие. Такое поведение могло длиться очень долго. Нажимая на педаль по многу сотен раз, животное отказывалось от воды и еды — вплоть до полного изнеможения.

Эти эксперименты доказали возможность на основе самостимуляции определённых структур мозга формирования у животных целенаправленного поведения, приводящего их в конечном итоге в положительно окрашенное эмоциональное состояние. В этом случае конечным приспособительным результатом поведения было не удовлетворение какой-либо из известных потребностей организма, а получение моционально-позитивного подкрепляющего результата.

Эксперименты впервые показали физиологическую сущность положительного подкрепления (в широком смысле этого терминала) как фактора, имеющего ведущее значение в процессах обучения.

С позиций биологической теории эмоций П. К. Анохина, эмоции и их качество предопределяется совпадением или рассогласованием между ожидаемым и получаемым результатом в процессе целенаправленного поведения. При совпадении программируемого результата с реальным (достигнутым) возникает положительная эмоция, при несовпадении — отрицательная.

В процессах обучения механизмы позитивного и негативного подкрепления занимают главенствующее место.

Исходя из концепции академика К. В. Судакова, целостное поведение животных можно подразделить на отдельные структурные поведенческие единицы — «кванты». Каждый «квант» формируется в конечном итого доминирующей потребностью организма (биологической или социальной) и завершается при большем или меньшем её удовлетворении. В основе организации «кванта» поведения лежат те же принципы: что и определяющие деятельность функциональной системы, обеспечивающей врождённое и приобретённое поведение.

Принципиальная схема деятельности функциональной систему целенаправленного поведенческого акта представлена на рис. 2.

Любая поведенческая деятельность собаки также состоит из отдельных поведенческих «квантов», каждый их которых в отдельности в процессе дрессировки, по-видимому, будет соответствовать формируемому навыку.

Давайте попытаемся проанализировать основные закономерности, определяющие поведение собаки во время дрессировки, на примере обучения её навыкам по преодолению препятствий. Эти навыки заключаются в том, что по команде дрессировщика («Вперёд» или «Барьер») собака должна научиться преодолевать любые из указанных ей препятствий различной формы, высоты и конфигурации.

Как же происходит формирование и реализация этих навыков? Что движет собакой и направляет её на преодоление препятствий?

Для того чтобы собака преодолела препятствие, ей необходимо испытывать в этом определённую потребность. Навык преодоления собакой препятствия может быть выработан на базе различных потребностей: в пище, игре, самосохранении и т. д.

Рис. 2. Общая архитектура функциональной системы, представляющая собой основу «концептуального моста» между уровнями системных и аналитических процессов

Предположим, что мы решили обучать собаку, используя потребность в пище. Для этого целенаправленно создаются условия, при которых пищевая потребность становится доминирующей (собаку перед дрессировкой не кормят или ограничивают в пище некоторое время).

Тогда определённые биохимические сигналы в специфических центрах мозга преобразуют деятельность этих центров и особое интегрированное состояние, характеризуемое появлением мотивационного возбуждения, при котором формируется доминирующая мотивация, в нашем случае пищевая. Доминирующая мотивация является мощным организующим и направляющим фактором любого целенаправленного поведения; она формирует функциональную систему, объединяя в неё формирует функциональную систему, объединяя в неё определённые структуры мозга и обеспечивая тем самым реализацию целенаправленного поведенческого акта, ведущего к достижению приспособительного результата. В нашем случае, преодолев препятствие, собака должна полностью или частично насытится. Доминирующая мотивация также активизирует процессы генетической и приобретённой памяти животного, отражающие предыдущий опыт собаки, всю необходимую информацию о тех ситуациях, событиях, которые были связаны с процессом обучения преодолению препятствий и удовлетворения в связи с этим пищевой потребности ранее.

Предположим, что собака имеет некоторый опыт преодоления препятствий — преодолевает полутораметровый «глухой» барьер и штакетник высотой один метр (в условиях той дрессировочной площадки, на которой она занимается). Навык по преодолению препятствий собака воспроизводит с большим желанием (мотивацией), однако не всегда умело, так как страдает техника выполнения прыжков.

В качестве примера рассмотрим несколько прыжков собаки через штакетник в условиях незнакомой обстановки, что позволит достаточно полно отразить основные закономерности, лежащие в основе целенаправленного поведенческого акта (навыка по преодолению препятствий).

Оказавшись на незнакомой дрессировочной площадке, собака прежде всего оценивает окружающую обстановку (то есть характер обстановочных стимулов): высоту снарядов, их форму, месторасположение, наличие пищи (лакомства) в кармане дрессировщика, качественный и количественный состав находящихся поблизости собак и людей и многое, многое другое.

Следует подчеркнуть, что порядок перечисленных нами обстановочных стимулов вряд ли отражает порядок их значимости для собаки. Знание обстановки собакой необходимо ей для того, чтобы с опережением во время «планировать» свою деятельность, в том случае и пищевое поведение. Например, в тех случаях, если дрессировщик забыл взять с собой на занятия лакомство или на дрессировочной площадке находятся «враги» дрессируемой собаки, отработка навыка по преодолению препятствий на базе пищевой мотивации вряд ли будет возможна. Находясь в зоне того или иного снаряда, собака постоянно оценивает ситуацию также в плане наличия пускового стимула (команда «Барьер» — разрешающая прыжок), так как именно пусковой стимул санкционирует начало поведенческого акта (навыка преодоления препятствий). Наконец собака закончила обследование площадки и готова к работе. Дрессировщик подзывает её к себе и по команде «Барьер» направляет в сторону «штакетника». И вот собака бежит к снаряду... Однако прежде чем она прыгнет, в её мозгу произойдёт ряд очень быстрых процессов: во-первых, будет более точно оценена обстановка (касающаяся непосредственно выполнения самого навыка), и прежде всего сам барьер, его высота, расстояние до него и т. д.; во-вторых, будет осуществлён просчёт программ поведения, которые можно реализовать в данной ситуации, и принято единственное решение из нескольких возможных. Это объясняется тем, что собака может достичь результата (кусочка пищи), осуществляя различные программы поведения: может преодолеть «Штакетник» без разбега и с разбегом, не задевая его («ласточкой»), или совершить опорный прыжок, причём характер опорного прыжка может быть также различен. На стадии принятия решения и выработки определённой линии поведения существуют два уровня деятельности мозга, качественно отличающиеся друг от друга.

1. Способ принятия решения на уровне целенаправленного просчёта вариантов программ поведения.

2. Способ принятия решения, характеризующийся «подсознательным» анализом ранее «отработанных» и в достаточной степени автоматизированных программ поведения.

Наименьшую психонервную нагрузку собака испытывает в том случае, если имеет возможность решать предъявляемые задачи на «подсознательном» уровне.

В-третьих, в процессе выработки оптимальной программы действий и принятия решения формируется механизм предвидения результата поведения и удовлетворения потребности.

Механизм предвидения результата поведения (так называемый «акцептор результата действия, (рис. 2) позволяет животному заранее, то есть с опережением целенаправленного действия во времени, а также в процессе его совершения прогнозировать вероятность достижения полезного приспособительного результата, оценивать его параметры и степень удовлетворения исходной потребности.

Напомним, что в то время, пока происходят процессы анализа обстановочных стимулов, принятия оптимальной программы действия, выработки решения и формируется механизм предвидения результата поведения, собака бежит к барьеру.

В том случае, если сигналы, характеризующие окружающую обстановку, подходят по своим параметрам (то есть размеры и форма «штакетника» не пугают дрессированную собаку, поблизости нет собак или людей, вызывающих с её стороны агрессивное поведение, оптимальная программа выработана и принято единственное решение из нескольких возможных), собака продолжает реализацию целенаправленного действия (то есть совершает прыжок), которое в результате должно привести к частичному удовлетворению её потребности в пище. Однако в процессе осуществления действия (а момент выполнения прыжка) животное может произвести его коррекцию. Так, например, в данном случае было принято решение совершить безопорный прыжок, но, начав его выполнение, собака не рассчитала расстояние и вынуждена была задеть «штакетник». В итоге её поведение оказалось нерезультативным, так как дрессировщик не подкрепил такой прыжок пищей. При следующем прыжке собака корректирует свою деятельность и, совершив безопорный прыжок, наконец получает пищевое подкрепление.

После того как результат достигнут или не достигнут (то есть животное получило или не получило то, к чему стремилось, — кусочек пищи), оно обязательно оценивает эффективность своей деятельности, то есть насколько результат, полученный в конечном итоге, соответствует тому результату, который был заранее запрограммирован. Именно в этот момент наиболее активно функционирует механизм предвидения результата поведения. Предположим, что собака, прыгая много раз подряд, каждый раз задевала «штакетник» и в результате ни разу не получила пищевого подкрепления. В этом случае либо функциональная система поведения перестраивается, осуществляются новые коррекции программ поведения (принимаются новые решения) и предпринимаются все новые и новые попытки удовлетворения пищевой потребности (собака прыгает, прыгает и прыгает вновь), или уровень пищевой мотивации, направляющей поведение, снижается (падает заинтересованность собаки в работе), и животное в конце концов отказывается от прыжков через данное препятствие. Всё это происходит несмотря на объективно сохраняющуюся у собаки на прежнем уровне потребности в пище.

Рассмотрим другой пример выполнения собакой навыка по преодолению «глухого» барьера. Здесь также имеют место описанные выше стадии функциональной системы: формирование доминирующей мотивации, оценка обстановки, привлечение предыдущего опыта, просчёт программ и выбор оптимального решения, осуществление самого действия, коррекция программ в процессе осуществления действий (то есть прыжка), достижение приспособительного результата (то есть получение или не получение пищевого подкрепления), оценка параметров полученного результата и сличение его с запланированным.

Однако по сравнению с прыжками через «штакетник» прыжок через «глухой» барьер требует от собаки большего физического напряжения, а главное, более совершенной техники исполнения приёма. Поэтому к отбору оптимальных программ и предвидению результата действия предъявляется намного больше требований. Видимо, потому при прыжках через «глухой» барьер поведение собаки всегда более эмоционально окрашено.

Как мы уже отметили выше, у нашей собаки не отработана техника прыжка через «глухой» барьер, однако дрессировщик все же поднял его высоту до двух метров. В этом случае собака, ранее выполнявшая небольшие по высоте прыжки, на стадии принятия решения будет пытаться реализовать старые программы поведения, приводившиеся ранее к достижению цели, например безопорный «прыжок», а на стадии целенаправленного действия (то есть в процессе преодоления препятствия) не сможет точно скорректировать свой прыжок — рассчитать место для толчка, вовремя сгруппироваться, правильно зацепиться лапами и т. д.

В результате принимаемые собакой решения и осуществляемые целенаправленные действия оказываются крайне неэффективными: собака причиняет себе боль, ударяясь о барьер, травмируя при этом то передние, то задние конечности, грудь и т. д. (Следует оговориться, что подобную картину можно наблюдать лишь в том случае, если собакой управляет неопытный дрессировщик.) Такое несоответствие между программируемыми результатами и результатами достигнутыми приводит собаку к полному отказу от прыжков. Более того, зачастую вместо пищевой мотивации за счёт болевых воздействий со стороны снаряда у собаки появляется оборонительное поведение в форме активного избегания «глухого» барьера (то есть появляется страх перед «глухим» барьером).

Дрессировщику следует также учитывать, что во время дрессировки у собаки вместо пищевой может сформироваться другая мотивация. Например, если на дрессировочной площадке появится собака, агрессивно настроенная по отношению к нашей, пищевая мотивация, а следовательно, и поведение собаки, направленное на преодоление препятствий, сформированное на её основе, исчезнут. На базе потребности в самосохранении может возникнуть либо поведение активного избегания, либо агрессия в той или иной форме. Если же в месте занятия окажутся друзья нашей собаки — «знакомые собаки», — то пищевая мотивация также может уступить место игровой. В этом случае сформируется функциональная система игрового поведения, и занятия по преодолению препятствий придётся также приостановить, а вместо занятий дрессировкой полюбоваться на играющих собак.

Если в процессе дрессировки собака насыщается, то есть достигает конечного результата — удовлетворения пищевой потребности, то функциональная системы данного поведения распадается. При этом пищевая мотивация, базировавшаяся на соответствующей потребности, перестаёт доминировать, соответственно радикально изменяется поведение собаки, его направленность. В таких условиях дрессировка на базе пищевой мотивации не даёт результата.

Таким образом, на примере небольшого дрессировочного фрагмента мы рассмотрели достаточно сложное целенаправленное поведение собаки, базирующееся а пищевой мотивации и направленное на преодоление препятствий. Другие формы целенаправленного поведения, основанные на других мотивациях — оборонительной, игровой, половой, питьевой, — в целом имеют ту же организацию. Системный подход к процессам обучения и дрессировки позволяет в корне перестроить мировоззрение дрессировщика — его отношение к дрессировочному процессу, и прежде всего к собаке как объекту дрессировки.

II. 2. Теоретические предпосылки нервно-психических перегрузок при дрессировке

Игнорирование дрессировщиком системных принципов, лежащих в основе формирования и реализации поведенческого акта, приводит к грубым ошибкам при дрессировке собаки. Вследствие этого у животных появляются нервно-психические перегрузки, сопровождающиеся зачастую крайней степенью эмоционального перенапряжения, различными формами смещённого и переадресованного поведения, вплоть до появления у животных неврозоподобных состояний и даже неврозов. Критические ситуации, приводящие к формированию нервно-психических перегрузок, встречаются практически на всех стадиях функциональной системы поведенческого акта.

Стадия формирования доминирующей мотивации

1. Излишне быстрое обогащение среды, в условиях которой происходят занятия с собакой (особенно на начальных этапах обучения), способствует сталкиванию мотивационных возбуждений, что не даёт возможности полноценно удовлетворяться той потребности, на базе которой формируется навык.

Другими словами, когда дрессировщик начинает обучать собаку новому навыку в присутствии сильных отвлекающих факторов, внимание животного рассеивается. В результате собака не может повторить даже отработанный ранее навык.

2. Попытки обучения собаки в отсутствие доминирующей мотивации, на базе которой ранее формировался навык.

Например, вы обучали собаку навыку подхода по команде «Ко мне», используя пищевую мотивацию. Но вот вы забыли лакомство дома и пытаетесь подозвать собаку командой «Ко мне». Собака же, подойдя к вам один-два раза и не получив пищевого подкрепления, может совсем перестать подходить по команде (то есть значимость команды «Ко мне», как пускового стимула, будет падать). В конечном итоге, дрессировщику придётся либо «отлавливать» свою собаку, либо попытаться оказать на неё «давление». В случае неправильного «давления» на собаку в дальнейшем события могут разворачиваться по схеме, изложенной в следующем пункте.

3. Многократное применение сверхсильных отрицательных (механических) воздействий к собаке зачастую приводит к формированию сверхсильных мотиваций либо в форме ярко выраженного пассивного избегания (страх пред дрессировщиком или помощником), либо в форме так называемой вынужденной беспомощности (застывание в той или иной позе без попыток избежать отрицательных эмоций воздействия). Это происходит, если обучение животного проводится без адекватной мотивационной базы. То есть когда навык формируется на базе, не соответствующей задаче доминирующей мотивации. Например, применяя к собаке сильные механические воздействия на начальном этапе обучения команде «Стоять» вместо формирования адекватной данной задаче пищевой мотивации, мы, скорее всего, добьёмся пассивного избегания животным воздействий со стороны дрессировщика. Ведь любой из нас охотнее исполнит вежливую просьбу, чем грубый приказ.

4. Столкновение мотиваций (конфликты мотиваций).

Неквалифицированная дрессировка часто приводит к таким ситуациям. Например, в процессе развития злобы, а также при формировании навыка «Охрана вещи» неправильные действия помощника и дрессировщика могут провоцировать у собак конфликты между «нападением» (агрессией) и «бегством» (избеганием), «боязнью» дрессировщика (избеганием) и «нападением» на помощника (агрессией), пищевой и оборонительной (в различных формах) мотивацией и др. В качестве примера может служить метод формирования навыка «Охрана вещи», применяемый на некоторых из наших дрессировочных площадок. При отработке выдержки во время охраны вещи, с одной стороны, дрессировщик наказывает собаку, применяя к ней болевые воздействия, если она встаёт с места; с другой — помощник побуждает её своими действиями к агрессии. В результате чаще всего собака не знает, что ей делать. В процессе обучения этому навыку собака порой находится в крайнем психо-эмоциональном напряжении.

Стадия принятия решений

1. Излишне быстрое обогащение среды, особенно на начальных этапах обучения, приводит также к появлению большого количества ошибок на стадии принятия решения (отбора наиболее эффективны программ поведения). Это все равно что вас заставить решать сложную задачу во время очень интересного театрального спектакля.

2. В процессе формирования одного и того же навыка собака каждый раз вынуждена принимать новые решения, то есть реализовывать различные программы поведения, так как предыдущие оказывались неэффективными из-за непредсказуемости подкрепляющих воздействий со стороны дрессировщика. Такие ситуации встречаются обычно при неправильном формировании сложных навыков: «Охрана вещи», «Задержание», «Аппортировка» и др. А что бы делали вы, если бы за одну и ту же по качеству и количеству работу во вторник получили благодарность, а в среду выговор?

Стадия целенаправленного действия

Критические ситуации возникают и в том случае, когда в процессе целенаправленного действия собака получает новые сигналы (стимулы). Внезапное поступление новой информации вынуждает собаку осуществлять коррекцию собственной деятельности не способом «подсознательного» перебора уже отработанных программ, а переходом на другой уровень принятия решения — целенаправленного просчёта вариантов программ, что для животного зачастую сопровождается большими нервными перегрузками. Представьте себе, что вы прыгнули с самолёта, дёргаете за вытяжное кольцо, а парашют полностью не раскрылся; второй парашют не раскрылся, так как запутался в стропах первого. Что вы будете делать дальше? Особенно часто такие ситуации возникают при дрессировке собак специальным службам: развитие злобы, охрана вещи, задержание нарушителя, выбор предмета и т. д. Такие ситуации также встречаются при обучении собак преодолению препятствий и когда дрессировщик необоснованно и неожиданно усложняет задачу в процессе выполнения ею двигательного комплекта навыков (целенаправленного действия).

Стадия получения полезного приспособительного результата

1. Отсутствие у собаки объективной возможности избежать отрицательных воздействий со стороны дрессировщика или помощника (то есть возможности достичь полезного приспособительного результата, на получение которого направлено её поведение). Такие ситуации возникают в случаях применения дрессировщиком или его помощником сильных болевых воздействий по отношению к собаке, лишая её при этом возможности избежать их. Они возникают как при дрессировке собак по общему курсу дрессировки, так и по специальному курсу, например, развитии злобы, если помощник, злоупотребляя болевыми воздействиями, «загоняет собаку в угол». Уверяем вас, что собаке приходится намного труднее, чем вам жарким летом в набитом до отказа автобусе, где вас постоянно толкают локтями и наступают каблуками на ноги, когда вы проехали свою остановку, а выбраться не можете.

2. Получение на конечной стадии целенаправленной деятельности результата, не соответствующего прогнозируемому, также вызывает различные формы психоэмоциональных расстройств. Особенно это касается навыков, формируемых в процессе специального курса дрессировки. «Планируя» определённый результат, ранее достижимый, собака реализует вполне определённую программу действий. Поэтому получение собакой на конечном этапе деятельности неожиданного, «не запланированного» ею результата приводит животное в замешательство: собака теряется и не знает, что ей делать дальше (особенно часто это происходит, если поведение в значительной степени автоматизировано). Примером подобного рода критических ситуаций может служить непоследовательное обучение собаки навыку «Задержание нарушителя». В том случае, если раньше помощник сопротивлялся собаке слабо и вдруг наносит ей удар, хотя и не сильный, не подготовленная к таким воздействиям собака, привыкшая всегда побеждать «преступника» без борьбы, пасует, прекращает «хватку» и либо облаивает помощника, либо убегает.

В качестве другого примера можно привести «критическую» ситуацию, возникающую в том случае, если собаке, обученной навыку «Задержание» и привыкшей кусать «преступника» только за конец рукава (то есть за кисть руки), в момент задержания не дать конец рукава. Собака чаще всего теряется и не знает, что ей делать. Как поступите вы, если, сев в свой автомобиль за пульт управления, видите, что все рычаги управлений вашей машины совсем другие и по-другому расположены!

Таким образом, обучая собаку тем или иным навыкам, дрессировщик прежде всего должен помнить, что работоспособность собаки имеет свой предел, что предел этот прежде всего зависит от индивидуальных особенностей собак и что в основе процесса дрессировки лежат закономерности, определяющие формирование и реализацию целенаправленного поведения человека и животных.

II. 3. Системная организация диады «человек-собака»

Обычно взаимодействия дрессировщика и собаки рассматриваются таким образом: дрессировщик является активным участником дрессировочного процесса, а собака — пассивным, дрессируемым объектом. На самом деле всё обстоит значительно сложнее. Как уже отмечалось выше, формируется по тем же законам, что и поведение дрессируемой им собаки. В процессе обучения посредством взаимной заинтересованности дрессировщика и дрессируемой собаки мы наблюдаем не взаимодействие, а взаимодействие двух доминирующих функциональных систем, опосредующих поведение членов диады «человек-собака». В результате такого функционального взаимодействия формируется, по существу, новая функциональная система более высокого иерархического уровня. В её основе лежат многосторонние взаимные интересы дрессировщика и собаки друг в друге, базирующиеся как на взаимных положительных и отрицательных подкрепляющих воздействий, так и на социально-ролевых отношениях между ними. Деятельность такой «суперсистемы» направлена на поддерживание высокой степени устойчивости диады (многогранные взаимные интересы членов диады друг в друге — основа её устойчивости). Таким образом, приспособительным результатом, на достижение которого направлена деятельность «суперсистемы», является обеспечением высокой «социальной» стабильности диады и зависит от обоих членов диады. Возможны следующие варианты.

1. Совпадение реального результата с прогнозируемым у каждого из членов диады.

Это достигается максимальной взаимной заинтересованностью дрессировщика и собаки. Значит, собака в процессе своей целенаправленной деятельности выполнила задачу, поставленную перед ней дрессировщиком, и получила тот самый результат, который она запланировала в начале деятельности. А результат дрессировщика соответствует результату, предвосхищенному им в начале своих продуманных, целенаправленных действий. Таким образом, результат деятельности «суперсистемы» также достигается, и «социальная» устойчивость диады поддерживается на высоком уровне.

2. Несоответствие прогнозируемого и реального результатов деятельности дрессировщика.

Если дрессировщик неэффективно планирует свою деятельность и подкрепляет как желательное, так и нежелательное поведение собаки, то собака всегда достигает приспособительного результата (получает подкрепление) независимо от выполняемой работы. Результат деятельности дрессировщика, напротив, практически не соответствует прогнозируемому. В данном случае наблюдается дисбаланс в описываемой нами «суперсистеме», и её устойчивость падает. Это объясняется тем, что дрессировщик не получает удовлетворения от работы с собакой, начинает нервничать и в результате делает ещё больше ошибок. В качестве примера можно привести взаимоотношения диады при формировании навыка подхода к дрессировщику по команде «Ко мне». Если перед началом работы с собакой дрессировщик планировал, что будет обучать собаку быстрому подходу к нему (сразу после команды «Ко мне») с последующей посадкой около левой ноги вплоть до отмены команды (спланировал деятельность собаки в процессе дрессировки), но не спланировал конкретно элементы поведения собаки и последовательность, в которой он будет их отбирать и подкреплять пищей), то в процессе работы с собакой дрессировщик, скорее всего, станет подкреплять и быстрый и медленный подход собаки к нему, правильную и неправильную посадку около ноги, как «выдержку» собаки в положении у левой ноги, так и самовольный уход из положения «Сидеть».

Так как получение собакой пищевого подкрепления не зависит от характера её деятельности, то дрессировщик никогда не сможет добиться от неё чёткого выполнения навыка.

3. Несоответствие прогнозируемого и реального результатов у обоих членов диады.

Бывает так, что дрессировщик злится, выходит из себя, наказывает собаку, не знает, что делать дальше, считая, что животное «глупо и не понимает». На самом деле все просто: между дрессировщиком и собакой нет своеобразного «языкового» контакта. Дрессировщик не может сформулировать собаке (а на самом деле, себе), что он от неё добивается, какие действия ей надо выполнить, чтобы получить подкрепление. Собака, в свою очередь, не может понять, что хочет от неё дрессировщик, то есть не видит, в чём состоит работа, которую она должна выполнить, чтобы достичь приспособительного результата. В такой ситуации прогнозируемые и реальные результаты деятельности партнёров дрессировочного процесса будут находится в полном несоответствии. Это также приводит к дисбалансу в «суперсистеме» «собака-дрессировщик», разлаживанию контакта между ними (нервозности дрессировщика и выраженному неповиновению со стороны собаки) и в результате к полной неэффективности процесса дрессировки. В качестве примера такого рода взаимодействий в диаде приведём пример с формированием у собаки навыка подноски апортировочного предмета дрессировщику по команде «Апорт». Перед началом работы с собакой дрессировщик планировал, что будет подкреплять пищей каждую подачу собакой апортировочного предмета непосредственно в его руки. Однако во время дрессировки, в силу недостаточности знаний, дрессировщик допускал всегда одну и ту же ошибку, которая коренным образом повлияла на последующие взаимоотношения между ним и собакой. Ошибка заключалась в следующем: каждый раз, когда собака подбегала к дрессировщику с апортировочным предметом в зубах, он преждевременно доставал кусочек пищи, а собака, увидев пищу, сразу же бросала предмет на землю и подбегала к дрессировщику. Однако пищу она не получала, так как дрессировщик подкреплял пищей (в соответствии с его планом) не бросание предмета ему под ноги, а подать его непосредственно в руки. После нескольких таких повторов, видя безрезультатность своих попыток заработать кусочек пищи, собака потеряла интерес к занятиям. Если бы дрессировщик давал собаке пищу каждый раз после того, как она бросала предмет на землю, то он бы сформировал у неё навык подноски предмета с бросанием его себе под ноги, но при этом не добился бы запланированного результата.

4. Отсутствие взаимодействия (взаимной заинтересованности) между членами диады.

В том случае, если дрессировщик работает с собакой излишне грубо, применяя сильные, неадекватные постановленной задаче воздействия, то, несмотря на то, что процесс обучения протекает сравнительно успешно, а взаимодействия достаточно устойчивы (с точки зрения дрессировщика), собака теряет активный интерес к взаимодействию с дрессировщиком и становится пассивным участником дрессировочного процесса. То есть собака не идёт сама на активный контакт, а лишь избегает неприятных воздействий со стороны дрессировщика. На такую дрессировку всегда грустно смотреть со стороны.

5. Отсутствие потребности в данной форме взаимодействия со стороны собаки.

Бывает так, что дрессировщик вроде бы делает все правильно (в соответствии с принятой программой действия), а собака не делает ничего или делает все наоборот, то играет с дрессировщиком, то рычит на него, когда он слишком усердствует. С точки зрения дрессировщика, собака проявляет совершенно неадекватное поведение, а на самом деле все просто: у собаки нет доминирующей мотивации, на базе которой собирается работать дрессировщик (например, пищевой мотивации — собака сыта), соответственно, у неё нет заинтересованности во взаимодействии, а следовательно, и в работе. А поскольку нет взаимных интересов, то формирование единой функциональной системы («суперсистемы») «собака-дрессировщик» просто невозможно.

III. СИСТЕМНЫЙ ПОДХОД В ПРАКТИКЕ ДРЕССИРОВКИ

Обучение (дрессировка) практически ничем не отличается от процессов обучения животных в естественной среде обитания. Единственное различие заключается в том, что в процессе формирования навыков в естественной среде обитания преграды на пути достижения животным конечного приспособительного результата ставит сама природа, то есть окружающая среда.

В случае же целенаправленного обучения (дрессировки) преграды на пути достижения животным конечного приспособительного результата ставит человек. Так, в естественной среде обитания голодный волк, прежде чем удовлетворит свою естественную работу: выследить зверя, догнать его, тем или иным путём умертвить, разделать тушу, отогнать конкурентов и т. д. Волк в цирке или эксперименте, чтобы удовлетворить свою потребность в пище, вынужден также выполнять определённую работу (преодолевать преграду), по совершении которой он, как и его дикий собрат, получит пищу и сможет утолить голод. В том и другом случае результатом поведения остаётся получение подкрепления за проделанную работу.

Таким образом, обучение — это процесс направленного формирования у собаки того или иного навыка, в процессе реализации которого, прежде чем достигнуть приспособительного результата и получить подкрепление, она совершает определённую работу.

Дрессировка — закрепление навыка до такой степени, когда он воспроизводится собакой не только, когда этого требует удовлетворение той или иной потребности, но по команде и в любой обстановке, даже в угрожающей жизни.

Используя методологические принципы теории функциональных систем, существующие методы обучения и дрессировки можно представить следующим образом.

III. 2. Методы обучения

Условно-рефлекторное обучение основано на сочетании индифферентного стимула (раздражителя), например команды «Фу», с безусловно-рефлекторным раздражителем, например удар электрическим током, вызывающий безусловно-рефлекторный ответ в форме акта отвержения пищи. После нескольких сочетаний индифферентного стимула команды «Фу») с безусловным стимулом (ударом тока) индифферентный стимул приобретает значение условного и запускает так называемый безусловно-рефлекторный ответ.

При дрессировке собак условно-рефлекторный метод обучения применяется крайне ограничено по двум причинам: во-первых, животные, обучающиеся по этому методу, являются пассивным звеном процесса обучения (дрессировки), а во-вторых, трудно найти ту форму безусловно-рефлекторного ответа, которую можно было бы использовать в дрессировочной практике.

Вот один из немногочисленных примеров применения такого метода обучения: способ формирования навыка апортировки (вернее — его элемента). Собаке сразу после команды «Апорт» с помощью поводка и «удавки» («Строгий» ошейник) наносится сильный рывок в области шеи. От сильной боли собака рефлекторно открывает рот. В тот же момент в ротовую полость вкладывается апортировочный предмет, собаку хвалят и поглаживают. При попытке собаки выплюнуть предмет дрессировщик вновь применяет сильный рывок поводком, причиняющей собаке боль и вызывающий рефлекторное открывание рта, и предмет вновь вкладывается в рот собаке. Раз за разом дрессировочный приём повторяют. Вследствие команда «Апорт» вынуждает собаку держать апортировочный предмет, чтобы избежать болевого воздействия. Обучающиеся этим методом собаки сначала пассивно участвуют в процессе обучения, но в дальнейшем активно используют приобретённый опыт и вполне эффективно воспроизводят сформированный навык. При данном методе обучения животное, чтобы достигнуть приспособительного результата (например, избежать боли), должно совершить работу в виде выполнения изначально нецелесообразного, навязываемого ему действия (например, захват апортировочного предмета).

Метод оперантного обучения

Под оперантным обучением понимается целенаправленный отбор дрессировщиком тех или иных желательных действий животного посредством положительных или отрицательных подкрепляющих воздействий. Причём желательные или нежелательные действия подкрепляются немедленно, а сформированный навык в дальнейшем подводится под стимульный контроль. Стимульный контроль означает, что уже на этой стадии обучения определённая команда запускает навык, или санкционирует его выполнение.

Метод оперантного обучения наиболее широко используется при дрессировке как служебных, так и цирковых собак. В условиях этого метода обучения собака является активным звеном дрессировочного процесса (обучение). Необходимым условием обучения является наличие пищевой, игровой, оборонительной или же какой-нибудь другой доминирующей мотивации.

Рассмотрим некоторые примеры применения этого метода при дрессировке собак.

1. Преодоление препятствия (барьер).

Исходно у собаки формируется доминирующая пищевая мотивация, в процессе её реализации животное должно преодолеть «барьер». Для этого собаку подводят к низкому «барьеру», побуждая к прыжку с помощью поводка и лакомства. После совершения прыжка собака получает подкрепление в виде порции прыжка собака получает подкрепление в виде порции пищи. Если эту последовательность действий повторить несколько раз, в дальнейшем собака сама активно будет перепрыгивать через «барьер», как только окажется в его зоне, то есть будет активно осуществлять целенаправленное поведение и получать подкрепление. Если каждый прыжок собаки через «барьер», и направляющие действия предварять командой «Барьер», то в дальнейшем собака будет осуществлять прыжок по этой команде, то есть команда «Барьер» приобретает значение санкционирующего стимула, запускающего данный поведенческий навык.

2. Более сложная схема обучения по этому методу применяется тогда, когда собаку требуется обучить многокомплексному навыку. В этом случае многокомпонентный навык развивается на составные элементы. Например, у собаки необходимо сформировать навык сидения на задних лапах в позе «столбик» с одновременными взмахиваниями передними конечностями. Применяется следующая схема обучения: собаку с помощью лакомства, поднятого над головой животного, и поводка ставят на задние конечности. Каждый раз, когда собака встаёт на задние лапы, это действие подкрепляется дачей пищи в ста процентах случаев. Затем подкрепляют не каждый подъем на задние лапы, а в случайном порядке. Через некоторое время в ста процентах случаев начинают подкреплять лишь подъем собаки на задние лапы в позе «столбика». Затем вновь переходят на стохастический режим подкрепления, а любое движение лапой (или лапами) при нахождении животного в позе «столбика» подкрепляется в ста процентах случает и т. д. Таким образом можно сформировать любой самый сложный навык у собаки или любого другого животного, а затем последовательную цепь поведенческих актов (сложный поведенческий навык) подвести под «стимульный контроль», то есть выполнение его по определённой команде.

В условиях оперантного обучения способы преодоления собакой преград (выполнение той или иной работы), которые устанавливает дрессировщик на пути достижения ею конечного приспособительного результата, могут быть разными, в зависимости от исходной доминирующей мотивации, обстановки дрессировочного процесса и того конечного результата, который ставит перед собой дрессировщик. Животное же, будь то работа физическая (по выполнению определённого двигательного навыка) или преодоление психических нагрузок, выполняет её всегда активно и целенаправленно — либо посредством проб и ошибок, либо с помощью эвристических программ реализации поведения (инсайт, экстраполяция и пр.).

III. 3. Классификация методов дрессировки

Существующие методы дрессировки можно классифицировать как те или иные способы воздействий дрессировщика на потребностно-мотивационную сферу деятельности животных:

а) механический метод дрессировки, или формирование у собаки поведения активного избегания неприятных воздействий;

б) пищевой метод дрессировки, или метод формирования ук животных истиной пищевой мотивации. Высокоэффективный метод дрессировки, который позволяет включить собаку в процесс дрессировки в качестве активного участника. Активное участие собаки в процессе дрессировки объясняется тем, что всегда активно стремится заработать кусочек пищи. После того как собака начинает понимать, что, выполнив определённую работу (заработав). Она получит кусочек пищи, а потом ещё и ещё кусочки, её желание выполнить какую-либо работу резко возрастает;

в) вкусопоощрительный метод дрессировки, или метод формирования у собаки мотивации избирательного аппетита. В отличие от «пищевого» метода дрессировки, собака в условиях этого метода дрессировки, собака в условиях этого метода не испытывает реальной потребности в пище (питательных веществах), поэтому нет мощной мотивации, постоянно побуждающей собаку к выполнению той или иной работы. Однако и этим методом собаку можно дрессировать эффективно, так как, несмотря на то что собака сыта, у неё сохраняется потребность в каком-нибудь лакомстве (например, копчёной колбасе, сыре, печенье и т. д.). Однако использование этого метода дрессировки ограничено и может быть эффективным, когда собака видит, обоняет или каким-либо другим способом непосредственно ощущает лакомство;

г) подражательный метод дрессировки, или формирование подражательного поведения у одной особи по отношению к поведению, демонстрируемой другой особью (другими особями, группой особей);

д) игровой метод дрессировки, или формирование того или иного игрового поведения собаки с целью использования его при обучении желательному навыку;

е) методы развития злобы, или формирование у собаки оборонительного поведения, в той или иной форме агрессии (либо базирующейся на самообороне собаки, либо агрессии, сопровождающейся активным нападением, сформированной на базе различных конфликтных ситуаций);

ж) контрастный метод дрессировки, или последовательное применение отрицательных подкрепляющих воздействий (вызывающих мотивацию пассивного избегания) вплоть до выполнения навыка, а в момент его выполнения или сразу после выполнения — положительных подкреплений воздействия (пища, лакомство, игра и т. д.).

III. 4. Ещё раз о подкреплении

Так как в процессе обучения собаки, при формировании того или иного навыка животное достигает не только результата, удовлетворяющего его метаболическую или социальную потребность, но и эмоционально-подкрепляющего результата, перечисленные воздействия на потребностно-мотивационную сферу деятельности собак необходимо также рассматривать как положительные или отрицательные подкрепляющие воздействия. Описание основных правил применения положительных и отрицательных подкрепляющих воздействий при обучении и дрессировке собак и дальнейшем значительно упростит понимание закономерностей, лежащих в их основе.

Положительные подкрепляющие воздействия — это воздействия на собаку, совпадение по времени с каким-либо её действием и вызывающие у неё при этом положительные эмоции. То есть такие воздействия, которые увеличивают вероятность появления того или иного поведения и являются теми самыми результатами, которых достигает собака в процессе реализации поведенческого навыка. В качестве положительных подкрепляющих воздействий можно использовать пищу, лакомство, ласку, игру и другие формы позитивных воздействий.

Отрицательные подкрепляющие воздействия — это воздействия на собаку, совпадающие по времени с каким-либо её действием и вызывающие у неё отрицательные эмоции. Отрицательные воздействия призваны сформировать у собаки желание избежать повторного совершения этого действия (мотивацию активного избегания или агрессии). В качестве отрицательных воздействий можно использовать рывки поводком (различной степени силы) и любые другие неприятные для собаки воздействия, например голос в угрожающих интонациях.

Наказание, в отличие от отрицательных подкрепляющих воздействий, производится уже после совершения нежелательного поведения (то есть когда собака уже достигла какого-то результата, нежелательного для дрессировщика, например, подобрала и съела лежащий на земле корм или подралась с другой собакой и поэтому воздействует на собаку менее эффективно.

Основные правила применения положительных и отрицательных подкрепляющих воздействий

1. Воздействия должны производится в момент совершения действия или сразу после него, иначе их применение малоэффективно. Это объясняется тем, что помимо приятных или неприятных ощущений положительные или отрицательные подкрепляющие воздействия несут собаке ещё и информацию о том, что именно в её поведении нравится дрессировщику, а что нет. Поэтому запаздывающие подкрепляющие воздействия — наигрубейшая ошибка дрессировщика.

2. Отрицательные подкрепления воздействия должны сразу же прекращаться, как только прекратилось нежелательное действие собаки, чтобы собака могла активно избежать неприятного для неё воздействия и достигнуть при этом приспособительного результата. Отрицательные воздействия нужно строго дозировать (силу и длительность); при отработке приёмов общего послушания они не должны вызывать у собаки ни страха, ни агрессии.

3. Размеры кусочков пищи, используемых в качестве положительных подкрепляющих воздействий, варьируют в зависимости от размеров собаки, но общим правилом при этом является максимально возможное уменьшение разовой порции. За особо трудную для собаки работу размеры подкрепления значительно увеличивают (под трудной работой понимается навык, выполнение которого для собаки представляет значительную трудность, например прыжки через «глухой» барьер).

4. Режим применения подкрепляющих воздействий в процессе обучения должен изменяться. В начале формирования навыка — стопроцентный режим воздействий, а затем вероятностный (то есть когда на собаку воздействуют не каждый раз, а в случайном порядке). Например, когда собака начинает получать пищу или игру во время дрессировки в случайном порядке, её заинтересованность в выполнении навыка резко возрастает, а у дрессировщика при этом появляется возможность отбирать желаемые формы поведения.

5. При работе с собакой не всегда целесообразно или возможно в нужный момент воздействовать на собаку (например, при отработке «выдержки» у собаки, при выполнении навыка «охрана вещи» или «задержание преступника»), однако делать это очень важно, чтобы объяснить собаке, что она делает правильно, а что нет. В таких случаях применяют «условные» подкрепляющие воздействия: положительные или отрицательные. Положительные «условные» подкрепляющие воздействия не всегда означают дачу корма, лакомства, хотя зачастую им сопутствуют, а являются сигналом для собаки: «Делаешь правильно, делаешь верно, делаешь то, что нужно». Обычно для этих целей используют слова: «Хорошо», «Браво», «Умница» и т. д. Отрицательные «условные» подкрепляющие воздействия используют при невозможности применить непосредственно отрицательные воздействия — это команды: «Нельзя», «Тубо», «Фу» и т. д.

В процессе реальной дрессировки собаки обычно используются все вышеописанные методы обучения и дрессировки (в зависимости от поставленной задачи) с учётом правил применения положительных и отрицательных подкрепляющих воздействий. Однако для более полного понимания закономерностей, лежащих в основе дрессировочного процесса, необходимо детально рассмотреть основные принципы и этапы формирования поведенческого навыка.

III. 5. Общие принципы и этапы формирования навыков

Несмотря на бытующее мнение, что формирование навыка представляет собой простой, «одноступенчатый» процесс, практика дрессировки подсказывает нам, что это далеко не так. На самом деле процесс формирования любого, даже самого элементарного навыка представляет собой совокупность сменяющих друг друга этапов. Игнорирование в процессе дрессировки этого положения в целом, так же как и пропуск одного из этапов, ведёт к грубым ошибкам. Нам кажется целесообразным выделить следующие этапы (каждый из которых в свою очередь делиться на более мелкие подэтапы):

первый этап — взаимные объяснения;

второй — автоматизация навыка;

третий — полная автоматизация.

Ниже, описывая принципы формирования навыка, мы попытаемся обосновать целесообразность такого подразделения.

Первый этап включает следующие подэтапы.

1. Направленно обеднение дрессировочной обстановки.

Занятия следует проводить дома или в безлюдных местах, с тем чтобы ограничить вероятность появления конкурирующих с базой мотивации: игровой, половой, оборонительной и т. д. Если не соблюдать это правило, то процесс обучения сильно затрудняется — собака теряет интерес к работе, возможны и нервно-психологические перегрузки.

2. Выбор и формирование базовой доминирующей мотивации.

Выбор мотивации, на базе которой будет строиться обучение собаки, зависит от характера и сложности формируемого навыка, а также от стиля работы и опыта дрессировщика. Мы рекомендуем на этом этапе обучения использовать в качестве основных пищевую мотивацию и мотивацию избирательного аппетита, а также различные формы игровой мотивации (имеется в виду общий курс дрессировки). Данные рекомендации обусловлены тем, что именно в рамках реализации указанных мотиваций мы наблюдаем со стороны собаки максимальную заинтересованность в выполнении приёма, что в свою очередь повышает устойчивость диады «собака-дрессировщик» и улучшает положительный эмоциональный контакт между её членами. Другими словами, чтобы достигнуть желаемого подкрепления, собака очень старается понять дрессировщика и выполнить те требования, которые он к ней предъявляет. Таким образом, выбор адекватно поставленной задаче мотивации и создание у собаки устойчивого мотивационного состояния, на основе которого будет формироваться навык, является на первом этапе обучения первоначальной задачей дрессировщика.

3. Собственно взаимные объяснения.

Взаимные объяснения между дрессировщиком и собакой будут эффективны лишь в том случае, если дрессировщик чётко формирует перед собакой поставленную задачу и ясно представляет себе тот результат, которого добивается. Любые воздействия на собаку с помощью поводка, рук, лакомства, интонаций, слов, команд и т. д. должны производится осмысленно и целенаправленно. Перечисленные воздействия на собаку со стороны дрессировщика и ответные действия собаки и её поведение в целом выполняют функцию передачи необходимой информации. Совокупность этих взаимодействий обеспечивает, таким образом, создание между ними своеобразного, но вполне определённого «языка». «Язык» между членами диады «человек-собака» создаётся в результате их «общения» ещё на стадии знакомства (контакта). В дальнейшем, в процессе дрессировки, он обогащается, так как при формировании практически любого нового навыка вводятся новые элементы «языка». В конечном итоге, «язык», существующий между дрессировщиком и собакой, позволяет им хорошо, часто с полуслова, понимать друг друга, сохранять взаимопонимание и взаимный интерес, что в свою очередь обусловливается тем, что каждая из сторон имеет возможность достигать своего программируемого результата.

4. Определение границ формирования навыка.

Дрессировщик должен иметь чёткое представление о том, что он подкрепляет, а собака — не менее чёткое представление о том, какое её поведение желательно для дрессировщика. В процессе взаимодействия двух функциональных систем дрессировщика и собаки должен всегда достигаться общий результат их деятельности, то есть поддерживаться взаимная заинтересованность на максимально высоком уровне. Иными словами, дрессировщика очень важно точно представить границы формируемого навыка и объяснить их собаке. Собака должна знать — её правильные действия подкрепляются положительными воздействия, неправильные — не подкрепляются вообще или подкрепляются отрицательными воздействиями, то есть усвоить границы между «черным» (ошибочным) и «белым» (правильным).

5. Введение санкционирующей команды, разрешающей выполнение навыка.

Для того чтобы собака выполняла навыки, которым её обучили своевременно, используются санкционирующие команды: «Сидеть», «Лежать», «Ко мне», «Стоять», «Рядом» и т. д. Санкционирующая команда подаётся всегда перед началом воздействий дрессировщика, направляющих собаку на выполнение навыка. В дальнейшем, на стадии автоматизации навыка, санкционирующая команда приобретает значение стимула, запускающего поведение.

6. Введение санкционирующей команды, отменяющей выполняемый навык.

На всех этапах дрессировки выполнение навыка должно всегда отменяться дрессировщиком либо командой «Гуляй» (в это время собака не выполняет никакой команды, а просто отдыхает на поводке или без поводка), либо другой командой. Например: команду «Сидеть» можно отменить либо командой «Гуляй». Либо командами: «Стоять», «Лежать», «Рядом», «Фас» и т. д. Произвольного «ухода» собаки с выполнения навыка без команды дрессировщика допускать нельзя.

7. Дрессировочный контроль.

Дрессировка собаки на всех этапах формирования навыка, вплоть до полной его автоматизации, должна осуществляться под постоянным контролем технических средств (поводка, длинной верёвки, радиоуправляемого электроошейника и т. п.), с помощью которых дрессировщик может всегда осуществлять коррекцию поведения, и именно в тот момент, когда в этом есть необходимость.

8. Условные подкрепляющие воздействия: «Хорошо» и «Фу».

В зависимости от характера формируемого навыка применяют положительные или отрицательные условные подкрепляющие воздействия или же те и другие. Условные воздействия служат для того, чтобы своевременно и быстро объяснить собаке, что она делает правильно, а что неверно, то есть что в её действиях является желательным, для дрессировщика, а что нет. Условные подкрепляющие воздействия применяются практически на всех стадиях формирования навыка.

9. Режим подкреплений.

На первом этапе формирования навыка применяют стопроцентный режим подкреплений. То есть каждое правильное действие собаки всегда подкрепляется кусочком пищи (или игрой).

10. Введение элементов контрастного метода дрессировки.

На первом этапе наряду с мотивацией (пищевой или игровой), в случае нежелательных действий со стороны собаки, следует формировать слабую форму мотивации активного избегания неприятных воздействий со стороны дрессировщика. С этой целью вводятся направляющие и объясняющие, сравнительно слабые отрицательные воздействия: рывки поводком, нажатия и подталкивания руками, угрожающие интонации и др. При этом обязательным является соблюдение следующего правила: сразу после применения отрицательного воздействия (в том случае, если животное исправило свою ошибку) должно следовать положительное как в виде пищи, так и виде ласки. Это необходимо для снятия у собаки отрицательного эмоционального состояния. Применение контрастного метода дрессировки на этом этапе позволяет дрессировщику более чётко очертить границы формируемого навыка, оттенить контраст между «черным» и «белым».

11. Режим формирования навыка.

Короткие периоды интенсивной работы с собакой обязательно должны чередоваться с не менее интенсивными короткими периодами отдыха, что позволяет сохранить у собаки длительную заинтересованность в работе, постоянную готовность к выполнению навыка, а также предотвратит нервно-психические нагрузки.

Второй этап состоит из следующих подэтапов.

1. Автоматизация навыка.

а) Направленное обеднение дрессировочной обстановки.

Как и на первом этапе («взаимные объяснения»), обучение собаки должно проходить в безлюдных местах, в отсутствии других собак. Автоматизация навыка достигается многократным повторением навыка под «жёстким» контролем технических средств с использованием вероятностной системы подкрепления. Необходимым условием достижения автоматизации навыка является применение «контрастного» метода дрессировки (чередование положительных и отрицательных подкрепляющих воздействий). Данный метод, на наш взгляд, противопоказан при обучении собаки навыкам апортировки, выборке вещей и др. и, наоборот, рекомендуется при отработке команд общего послушания: «Сидеть», «Лежать», «Стоять», «Рядом», «Ко мне» и т. д.

По мере автоматизации частота и вероятность положительных подкрепляющих воздействий (например, дача пищи) за выполнение навыка снижается, а степень отрицательных (в случае нечёткого выполнения навыка) возрастает. Все воздействия направлены на то, чтобы добиться чёткого и быстрого выполнения навыка. Воздействия как направляющие, так и корректирующие производятся очень быстро и стереотипно.

б) Повышение требований к точности выполнения навыка.

На втором этапе обучения повышается требовательность со стороны дрессировщика к чистоте и точности выполнения навыка. Так, например, если на первом этапе обучения собака после команды «Ко мне» может подходить к дрессировщику с разной скоростью, порой отвлекаясь на обстановочные стимулы (собак, людей, различные шумы), то на втором этапе обучения от собаки нужно добиться, чтобы подходы совершались только бегом и без отвлечений на посторонние раздражители.

в) Усиление степени отрицательных подкрепляющих воздействий.

В качестве отрицательных подкрепляющих воздействий в основном используют рывки поводком различной степени силы.

Постепенно увеличение степени отрицательных воздействий в случае нежелательных действий собаки позволяет усилить мотивацию активного избегания воздействий дрессировщика, то есть создать мотивацию более конкурентоспособную, по сравнению с пищевой или игровой. То есть на этом этапе начинается постепенная замена исходной базовой мотивации (пищевой или игровой) на оборонительную (мотивацию активного избегания). При использовании отрицательных воздействий (особенно при их усилении) обязательным является соблюдение следующего правила: сразу после применения к собаке отрицательных воздействий (в том случае, если животное исправило свою ошибку) должно следовать положительное воздействие как в виде пищи (игры), так и в виде ласки. Это снимет у животного отрицательное эмоциональное состояние и оттенит контраст между «черным» и «белым» (то есть правильным и ошибочным).

г) Увеличение интенсивности работы дрессировщика.

Все воздействия на собаку — направляющие, корректирующие, положительные и отрицательные, а также условные — производятся дрессировщиком сразу после поданной команды, очень быстро и максимально стереотипно. Производя указанные воздействия, дрессировщик добивается выполнения навыка сразу после первой команды.

д) Режим положительных подкрепляющих воздействий.

На этом этапе постепенно вводится вероятностный режим подкрепления (75-80 процентов). Применение такой схемы, в условиях которой собака не знает точно, когда она получит подкрепление (но знает точно, что получит), позволяет повысить её заинтересованность в работе (например, сформировать желание заработать кусочек корма), уточнять и видоизменять границы формируемого навыка, поскольку появляется возможность направленно отбирать и подкреплять желаемые элементы поведения собаки.

2. Автоматизация навыка в условиях обогащения дрессировочной обстановки.

а) На этом этапе окончательно определяются границы формируемого навыка.

б) Повышается требовательность к выполнению навыка скорости и точности его исполнения (в зависимости от обстоятельств, в том случае, если собака с большими нервно-психическими затратами справляется с работой в этих условиях, то дрессировщик должен сделать как бы шаг назад, снизив при этом предъявляемые к собаке требования).

в) Режим отрицательных подкрепляющих воздействий. Постепенное усиление степени отрицательных подкрепляющих воздействий приводит к усилению мотивации избегания неприятных воздействий со стороны дрессировщика. Суммарное количество отрицательных воздействий одновременно с их усилением снижается. То есть на этой стадии контраст между отрицательными и положительными воздействиями достигает максимума. Однако, несмотря на это, дрессировщик, умело чередуя положительные и отрицательные воздействия, должен добиться, чтобы общий эмоциональный фон у собаки в процессе работы оставался положительным.

г) Режим положительных подкрепляющих воздействий.

Применяется 50-60 процентный вероятностный режим подкреплений (обязательным является применение положительных воздействий сразу после отрицательных). Такая схема приводит к усилению пищевой мотивации и желанию заработать вознаграждение.

д) Сохранение интенсивности работы дрессировщика.

Дрессировщик должен поддерживать высокую интенсивность работы во время дрессировки и при этом добиваться выполнения собакой навыка сразу после первой команды.

3. Заключительный этап автоматизации навыка.

Занятия проводятся в местах, где много отвлекающих факторов.

а) Режим положительных подкрепляющих воздействий.

На этом этапе производят постепенное уменьшение вероятности получения подкреплений от 50 процентов до нуля.

б) Режим отрицательных подкрепляющих воздействий.

Отрицательные воздействия в случае отказа собаки от выполнения навыка применяются в 100 процентах случаев невыполнения и при этом достигают значительной силы. Постепенное усиление степени отрицательных воздействий позволяет осуществить плавный перевод сформированного навыка на базу мотиваций активного избегания неприятных воздействий со стороны дрессировщика и при этом сохранить общий положительный эмоциональный фон у собаки.

в) Постепенное уменьшение количества применения условных положительных подкрепляющих воздействий.

г) Постепенное увеличение количества и длительности выполнений навыков, с обязательным чередованием периодов работы и отдыха.

Третий этап — полная автоматизация навыка.

Критерием автоматизации навыка является быстрое, точное и стереотипное выполнение его сразу после первой команды дрессировщика (независимо от окружающей обстановки).

На этапе окончательной автоматизации навыка значение команды (санкционирующего стимула) резко возрастает и начинает играть решающую роль в управлении поведением собаки. Это, по-видимому, происходит за счёт обеднений функциональной системы, обеспечивающей навык. Обеднение функциональной системы связано с окончательным выбором собакой наиболее эффективной программы поведения, что обусловлено правильными, последовательными, стереотипными и прежде всего целенаправленными воздействиями на собаку со стороны дрессировщика. Другими словами, на стадии окончательной автоматизации навыка из структуры функциональной системы навыка, на начальном этапе его реализации, практически выпадает стадия принятия решения (стадия выработки оптимальной программы поведения). На этом этапе обучения у собаки полностью отпадает необходимость в принятии какого то ни было решения, так как лишь одна из программ поведения в процессе дрессировки всегда оказывалась высокоэффективной (то есть приводила к достижению цели и результата), а все остальные оказывались крайне неэффективными (так как либо вообще не подкреплялись дрессировщиком, либо подкреплялись отрицательными воздействиями).

Автоматизация навыка достигается следующими методическими приёмами

а) Вероятностная схема положительных подкрепляющих воздействий с постепенным снижением их относительного количества от этапа к этапу формирования навыка.

б) Постепенная замена базовых подкреплений (на основе которых формировался навык, например пищевых) на не основные положительные подкрепляющие воздействия (различные варианты ласки, игры и т. п.) и на условные положительные воздействия (типа «Хорошо»).

в) Применение «контрастного» метода дрессировки (своевременного чередования отрицательных подкрепляющих воздействий с положительными), основной целью которого является создание помимо основной мотивации, на базе которой изначально формируется навык (пищевой или игровой), дополнительной мотивации активного избегания неприятных воздействий со стороны дрессировщика. Суть метода заключается в том, что в определённый момент времени за счёт целенаправленных воздействий со стороны дрессировщика мотивация избегания становится доминирующей, после чего её вновь сменяет базовая.

г) Введение постепенного и последовательного усиления отрицательных подкрепляющих воздействий со стороны дрессировщика при одновременном уменьшении их количества. Этот методический приём при водит к возрастанию контраста между положительными и отрицательными подкрепляющими воздействиями и практически к изменению взаимоотношений между дрессировщиком и собакой. При этом мотивация активного избегания собакой неприятных воздействий со стороны дрессировщика приобретает яркую социальную окраску и фактически трансформируется в поведении подчинения дрессировщику как вожаку (если она раньше на воспринимала дрессировщика как вожака) с появлением характерных поз подчинения. Это приводит также к тому, что происходит уточнение границ ролевых функций собаки в рамках отрабатываемого навыка и по отношению к дрессировщику.

д) Поэтапное увеличение требовательности к чистоте и точности исполняемого навыка (то есть соблюдение этапных границ его выполнения).

Это приводит к тому, что коренным образом перестраиваются отношения в диаде «человек-собака». В начале процесса формирования навыка устойчивость, основанная на взаимной заинтересованности друг в друге, была обусловлена со стороны собаки желанием в пище или игре, а со стороны дрессировщика заинтересованность в выполнении собакой определённого навыка.

Приведённая выше схема дрессировки коренным образом меняет эти отношения, у собаки и дрессировщика появляется взаимный интерес к «правильной» работе. Это объясняется тем, что в их отношениях совместной деятельностью посредством доставления друг другу положительных эмоций, которые в дальнейшем в значительной степени определяет устойчивость диады «дрессировщик-собака».

Таким образом, на данном этапе дрессировки для собаки, по-видимому, основным результатом, на который направлено её поведение, становится позитивно-эмоциональный результат, получаемый через социальный контакт с дрессировщиком на уровне эмоционального общения с ним. Другим, по-видимому, не менее важным результатом для собаки является получение ею позитивно-эмоционального подкрепляющего результата за счёт постоянного соответствия сличаемых программ — реализуемой и программируемой, — и, вследствие этого, само по себе безошибочное выполнение действия (навыка) начинает выполнять функцию подкрепления. Говоря другими словами, правильное выполнение собакой отработанного навыка доставляет собаке такую же радость, как если бы она за него получила пищевое или игровое подкрепление со стороны дрессировщика.

Приведём пример с формированием простого навыка у собаки — посадки по команде «Сидеть».

Соблюдая принцип «обеднение среды», обучение собаки лучше всего начинать дома. Перед кормлением возьмём собаку на поводок и расположим её перед собой. Подавая команду «Сидеть», мы придерживаем собаку за поводок левой рукой, а правой подносим к носу животного зажатый в ладони кусочек пищи. Как только собака коснётся носом ладони с кусочком пищи и попытается достать его, ладонь медленно уводится за голову собаки, вверх-назад (по касательной к голове). Собака тянется за лакомством, задирает голову вверх, и, если ей немного помочь — придержать за поводок или легко надавить на круп, — то собака сядет. Сразу после посадки собака получит порцию пищи, «условное подкрепление» — «Хорошо» и ласку. Несколько таких повторений, и собака будет садиться уже после команды «Сидеть». Однако нам необходимо, чтобы собака по команде не только садилась, но и оставалась в этом положении некоторое время. Поэтому определяем для себя, что подкреплять пищей мы будем не только посадку собаки после команды «Сидеть», но и выдержку её в этом положении вплоть до отменяющей выполнение приёма команды «Гуляй» (или какой-либо другой команды, например «Рядом»). Итак, границами навыка на данном этапе у нас будет посадка собаки сразу после команды «Сидеть» (желательно одной) и выдержка её в таком положении вплоть до отмены команды.

Теперь нашей главной задачей будет понятно объяснить собаке свои требования. Для этого, как только собака после команды «Сидеть» примет соответствующее положение, мы сразу дадим ей кусочек пищи и будем многократно повторять: «Хорошо», «Хорошо» и т. д., что означает в нашем с собакой «языке»: «Делаешь правильно». Если собака сохраняет нужное положение, то мы подкрепляем её действия — в данном случае выдержку — кусочком пищи и условным подкреплением «Хорошо». Если вдруг собака попытается встать без разрешения, то мы тут же дадим команду «Сидеть», а если она не сядет сама, усадим её с помощью поводка насильно. Как только собака примет прежнее положение, вновь последует условное подкрепление — «Хорошо» (делаешь правильно), но реального подкрепления (кусочка пищи) сразу после этого не последует. Реальное подкрепление собака получит лишь после некоторой выдержки в положении «сидеть». Так постепенно, но достаточно быстро мы сможем объяснить собаке, что она должна садиться по команде «Сидеть», так как за это получает кусочек пищи (положительное подкрепляющее воздействие), и находиться некоторое время в этом положении (за что она тоже получает подкрепление — пищу), и что вставать ей без разрешающей команды нельзя, так как за это её ругают (условное отрицательное подкрепляющее воздействие) и, воздействуют поводком, опять сажают на место (отрицательное подкрепляющее воздействие), да при этом пищу не дают.

Вот таким или примерно таким образом происходит формирование навыка, в процессе которого создаются новые элементы «языка» общения между дрессировщиком и собакой, определяются границы навыка, вводятся команды, санкционирующие выполнение и отмену приёма, используются элементы контрастного метода дрессировки. При этом следует напомнить, что вся проделанная работа, которую мы здесь описали, проводится исключительно на поводке (то есть под постоянным контролем технических средств).

Итак, мы завершили этап взаимных объяснений, на котором у собаки был сформирован и в достаточной степени закреплён навык посадки после команды «Сидеть». Однако если мы посчитаем, что навык уже отработан и подготовленную таким образом собаку поместим в незнакомую обстановку, насыщенную отвлекающими факторами, и попытаемся посадить её по команде, по-видимому, это у нас не получится. Собака вместо посадке после команды «Сидеть», скорее всего, будет демонстрировать ярко выраженную ориентировочно-исследовательскую активность, которая затем может перейти либо в игровое, либо в оборонительное поведение.

Чтобы избежать подобных сбоев, на следующие этапе — «автоматизация навыка», — продолжая работу в условиях обеднённой обстановки, постепенно с помощью воздействий поводка мы вводим более жёсткий контроль за соблюдением собакой грани сформированного навыка. Например, если на этапе «взаимных объяснений» собака соблюдала все наши требования лишь тогда, когда она находилась вблизи от нас, то на этом этапе мы добиваемся от неё устойчивой посадки независимо от нашего месторасположения. При этом значительно возрастает темп работы (команду «Сидеть» подаём своевременно, а следующие за ней направляющие и подкрепляющие воздействия производим очень быстро) и, кроме того, максимально стереотипизируются производимые нами действия. То есть, быстро перемещаясь по дрессировочной площадке, мы сразу же подбегаем к собаке в том случае, если она изменяет положение тела (например, встаёт, заваливает набок передние ноги и т. д.), и незамедлительно поправляем её, воздействуя поводком. В том же случае, если собака сразу выполняет команду, практически мгновенно подкрепляем её правильные действия, применяя условное подкрепляющее воздействие «Хорошо», кусочки пищи и ласку, после чего сразу же отходим от собаки. Все наши действия должны быть максимально однообразны.

Следующей нашей задачей является постепенный перевод собаки со стопроцентного режима положительных подкрепляющих воздействий на вероятностный. Для этого мы будем подкреплять пищей не каждую правильную посадку собаки, а в случайном порядке. При этом собака не должна знать, когда она получит пищу, выполнив требуемую работу (навык), а когда — нет. Это побуждает её вновь и вновь повторять выполнение навыка посадки. Так же постепенно мы уменьшаем количество отрицательных воздействий на собаку (с помощью поводка) в случае нарушений ею границ выполнения навыка (изменение позы, уход с места и т. д.) или явного нежелания его выполнять, но степень этих воздействий плавно увеличиваем.

После того как мы добились от собаки чёткого (сразу после команды) выполнения навыка в условиях обеднённой дрессировочной обстановки, можно переходить к работе с ней в усложнённых условиях: в присутствии других собак, посторонних людей, шумов и т. д. Делать это следует постепенно, по элементам. Так, например, сначала мы попробуем воспроизвести навык посадки собаки где-нибудь в углу тихого сквера (на тихой улице), затем в более людном месте, потом в месте для выгула собак (в их отсутствие), в присутствии одной посторонней собаки, относящейся к нашей собаке индифферентно, и т. д. Вне зависимости от сложности условий обстановки, в которой проходит дрессировка, мы должны всегда добиваться от собаки быстрого и чёткого выполнения навыка посадки сразу после первой команды. Однако в зависимости от характера этих условий степень усложнения границ выполняемого навыка (длительность выдержки в положении сидя, дальность ухода от собаки и т. д.), а также суммарное время работы с собакой, затрачиваемое на отработку навыка посадки, необходимо строго регламентировать. Так как в зависимости от характера условий, в которых проходит дрессировка, собака получает большую или меньшую нервно-психическую нагрузку, а работоспособность нервной системы не беспредельна, то нагрузку необходимо ограничивать. Собака всегда, вне зависимости от внешних условий, чётко и быстро должна выполнять навык посадки сразу после первой поданной нами команды, без применения как положительных (пищевых), так и отрицательных подкрепляющих воздействий. Только после этого снимается поводок и с собакой продолжают работать без поводка. Постепенно условное положительное подкрепляющее воздействие «Хорошо» применяется все реже и реже, а затем заменяется просто молчание дрессировщика.

III. 6. Стадии дрессировочного процесса.

Подобно тому как процесс формирования любого навыка имеет свои этапы, так и весь дрессировочный процесс в целом можно разбить на определённые стадии и этапы.

Каждая стадия выражает некие объективные характеристики, отражающие некоторые «социальные» отношения между дрессировщиком и собакой. Естественно, что они как внутри каждой стадии, так и в течение всего дрессировочного процесса претерпевают некоторую эволюцию, и теоретически окончание дрессировочного процесса подразумевает стабилизацию этих отношений. На практике получается не совсем так. Таким образом, основным объектом нашего внимания будут стадии дрессировочного процесса, рассматриваемые под углом зрения взаимоотношений дрессировщика и собаки.

Следует помнить, что на любой стадии дрессировки процесс обучения обязательно включает в себя три главных этапа:

1. Начальное обучение.

2. Обучение с использованием вероятностного режима в условиях различных дрессировочных ситуаций.

3. Автоматизация навыка.

Итак, рассмотрим стадии дрессировочного процесса.

Стадия 1. Адаптация

Фаза 1. Установление контакта. Дрессировки животного следует начинать с установления контакта между дрессировщиком и собакой, то есть тех взаимоотношений, когда владелец и собака могут с той или иной вероятностью прогнозировать действия друг друга. На практике этот период дрессировки может занимать различные по длительности отрезки времени и практически совпадать с собственно адаптацией — второй фазой стадии дрессировочного процесса.

Для того чтобы добиться с собакой «взаимопонимания», дрессировщик должен использовать определённые приёмы, воздействующие на потребностно-эмоциональную сферу животного. На этом этапе владелец должен много играть с собакой, положительно подкрепляя желательные ему формы поведения и отрицательно — нежелательные (скажем, попытки агрессии). Этот метод довольно ярко описан известной дрессировщицей и учёным К. Прайор в книге «Не рычите на собаку». В целях возможно более сильной ориентации собаки на владельца следует использовать пищевую мотивацию, то есть работать с сильно голодной собакой, подкрепляя желательные для дрессировщика действия кусочками пищи. Наиболее эффективно занятия на этой стадии проходят в процессе прогулок владельца с собакой, когда игра, отдых и работа представляют собой единый процесс.

Таким образом, при использовании дрессировщиком такого подхода, при котором он является «распределителем благ», животное постоянно держит дрессировщика в центре своего внимания, быстро различает действия, вызывающие ваше одобрение и неодобрение. Если вы будете последовательны, а ваши действия адекватны, то собака будет демонстрировать нежелательные формы поведения все реже и реже. Попросту говоря, используя в дрессировке на стадии налаживания «контакта» с животным политику «кнута и пряника» (контрастного метода дрессировки), вы помогаете собаке научиться прогнозировать (до определённой степени) ваше поведение и соответственно строить своё.

Фаза 2. Собственно адаптация. Как уже говорилось выше, на практике, особенно в процессе работы с крупными и агрессивными собаками, первая и вторая фазы адаптации практически совпадают. Однако если рассматривать эту стадию в «чистом» виде, то главной задачей второй фазы и всей стадии адаптации в целом следует рассматривать стабилизацию ролевых взаимоотношений владельца, членов его семьи и собаки, то есть формирование социальной ниши собаки в семье владельцев.

По существу, эта стадия обеспечивает создание нормальных предпосылок для взаимовыгодного и стабильного сосуществования владельца и собаки.

Основным средством установления «рамок» поведения собаки является также контрастный метод дрессировки, но с преобладанием «пряника», а не «кнута» (то есть когда основная дрессировочная работа выполняется с использованием сильной пищевой мотивации). Задача дрессировщика на этом этапе состоит в том, чтобы с помощью формирования у собаки нескольких основных навыков общего послушания полностью перестроить свои взаимоотношения с собакой, определив ей соответствующее место в социальном пространстве семьи. В круге обязательных (для этой стадии дрессировки) следует отметить следующие приёмы (навыки): подход к дрессировщику по команде «Ко мне», нахождение у ноги дрессировщика по команде «Рядом», чёткое выполнение команд «Сидеть», «Лежать» с достаточной выдержкой собаки в этом положении, уход и нахождение собаки на обозначенном дрессировщиком месте по команде «Место» в обеднённых средовых условиях (дома у владельца). Естественно, что полностью сформированным любой из этих навыков может считаться лишь при полной автоматизации его реализации.

На этой стадии дрессировщиком вводятся условные отрицательные подкрепляющие воздействия («Фу», «Нельзя» и т. п.) — сигналы, прекращающие любую нежелательную деятельность собаки. На этом этапе обучение и дрессировки у владельца и собаки должен окончательно сформироваться «язык» (зачатки которого появляются ещё на стадии «контакта»). В дальнейшем «язык» будет лишь развиваться и обогащаться при обучении собаки новым навыкам.

Со стороны владельца «язык» характеризуется рядом приказов, которые санкционируют запуск тех или иных языков и их отмену по акустическому (с помощью голоса) и зрительному (с помощью жестов) каналам, а также набором различных слов, жестов и интонаций, демонстрируемых владельцем в процессе общения с собакой, которые отражают прежде всего его эмоциональное состояние (в том числе условные подкрепляющие воздействия). Со стороны собаки это «язык» в идеальном случае (когда дрессировщик обращает внимание на весь поведенческий репертуар собаки, демонстрируемых ею в самых различных ситуациях, — общение с владельцем, собаками на улице, членами семьи владельца и т. д.) — совокупность всех форм и элементов поведения, а также акустических сигналов, производимых собакой в процессе её жизнедеятельности. В худшем случае «язык» собаки (с точки зрения дрессировщика) включает в себя лишь те элементы и формы поведения, а также акустические сигналы, которые демонстрируются животным в процессе общения с дрессировщиком.

На этой стадии дрессировочного процесса, кроме установления чётких границ выполнения навыка и его автоматизации, дрессировщик должен стремиться максимально расширить сферу ситуаций, в которых собака должна ориентировать своё поведение на него. То есть необходимо заранее продумать и спрогнозировать ситуации, в которых выполнение навыка (или навыков) для собаки затруднено и в которых животное может выйти из-под контроля. После определённого набора и «обкатки» взаимодействий дрессировщика и собаки в условиях различной дрессировочной обстановки животное начинает «согласовывать» своё поведение с поведением дрессировщика на необходимом уровне. То есть собака начинает признавать дрессировщика «лидером», поведение которого определяет поведение «ведомого» (собаки). Это не означает автоматизацию поведения собаки до уровня «живого робота», а лишь знаменует собой окончательный «раздел» социального пространства в группе «человек-собака» на социальные ниши.

Разумеется, что расширение сферы ситуаций, в которых выполняются базовые навыки, правомочно лишь после чёткого их обучения в условиях обеднённой среды. Кроме того, на этой стадии у ряда собак отмечается такой любопытный феномен, как увеличение «социализации» поведения. Она характеризуется стремлением собаки активно «согласовать» своё поведение с дрессировщиком, что выражается в таком всем знакомом поведении собаки, как ориентация на владельца в момент изменения направления движения при нахождении на незнакомой территории и т. д. Некоторые собаки в такие моменты буквально «заглядывают в глаза» своему владельцу. Другие, стараясь «угодить» дрессировщику, могут спонтанно (без команды) демонстрировать отработанные навыки, например по преодолению препятствий (барьеров, бумов, лестниц). Такое поведение, безусловно, означает признание собакой за владельцем лидерских позиций. В его основе лежит, по-видимому, потребность собаки в социальной поддержке и соответствующая ей специфическая мотивация, которая стимулирует и направляет «социальное» поведение в рамках диады «человек-собака». Конечным результатом поведения собаки является «одобрение» лидером соответствующего задачам формируемых навыков поведения. «Одобрение» может, вероятно, демонстрироваться лидером, по крайней мере, в двух видах: в виде «активного» одобрения и в нейтральном виде (то есть при сильной «социальной» мотивации отсутствие отрицательных подкрепляющих воздействий само по себе является подкреплением).

Стадия 2. Формирование сложных навыков

После того как взаимоотношения в диаде «человек-собака» установились, выработан «язык» общения между владельцем и животным, можно приступить к формированию сложных навыков (сказанное, однако, не запрещает попыток постепенного формирования сложных навыков и на стадии адаптации). К ним можно отнести различные «цепи» поведенческих актов, то есть навыки, включающие в себя несколько более простых элементов — навыков. К таким сложным навыкам относятся апортировка, различные нормативные упражнения по преодолению препятствий (взятию барьера с последующим возращением в положение «рядом» у ноги владельца), различные управления в рамках специальных служб (охрана вещи, выборка вещи, задержание «нарушителя» и т. д.).

С позиции «социальных» отношений эта стадия характеризуется стабилизацией, но не окончательной, ролевых функций собаки и окончательным установлением границ социальной ниши. Выработку навыка здесь существенно облегчает усилившаяся «социализация» собаки, которую можно трактовать и как желание животного угодить владельцу-лидеру.

При обучении собак специальным навыкам особое внимание требуется уделять контролю за выполнением навыков. Естественно, что после начального обучения, когда животное уже связало выполнение навыка с подачей сигнальной команды, необходимо ещё более точно очертить границы формируемого навыка, а затем автоматизировать его выполнение. На данном этапе, кроме разучивания новых сложных навыков, необходимо добиваться чёткого и быстрого выполнения по команде уже сформированных навыков (в любой ситуации и при любых обстоятельствах). Автоматизация базовых навыков спасли жизнь не одной собаке, когда владелец, подавая команду «Ко мне», буквально выдёргивал животное из-под колёс автомобиля, куда его приводила бешенная погоня за кошкой. Эффективно решать эту задачу дрессировщику позволяет использование контрастного метода дрессировки (за счёт регуляции смены у животного доминирующих мотиваций), а также сложившиеся «социальные» взаимоотношения между членами диады. В рамках второй стадии необходимо добиться автоматизации базовых навыков и успешно освоить обучение собаки сложным навыкам.

Стадия 3. Обучение специальным навыкам

Эта стадия дрессировки может следовать сразу после стадии адаптации, поскольку для формирования специальных навыков у собаки не является обязательным обучение её сложным навыкам. Хотя большинство специальных навыков вырабатывается после прохождения второй стадии обучения, зачастую специальные навыки также являются сложными навыками («цепи» поведенческих актов), как и формируемые на второй стадии.

В плане «социальных» отношений (в широком смысле) отличительной чертой стадии будет видоизменение в процессе обучения специальным службам (караульной, защитной, розыскной) ролевых функций животного. Однако взаимные позиции владельца и собаки (их социальные ниши и их границы) должны оставаться неизменными (то есть, несмотря на расширившиеся ролевые функции собаки, дрессировщик по-прежнему должен оставаться для неё безусловным лидером).

Обучение специальным службам представляет собой наиболее сложную стадию дрессировки, поскольку подразумевается расширение диапазона деятельности собаки и принятие в процессе «несения службы» самостоятельных решений.

Здесь владелец должен особое внимание обращать на поэтапное и постепенное формирование сложных навыков путём последовательной проработки навыков-элементов входящих в их состав. В качестве базовой можно использовать любую мотивацию, соответствующую задачам формирования навыка. В рамках защитной или караульной служб агрессия формируется на базе потребности в самосохранении или же тех или иных конкурентных взаимодействий между помощником (который изображает злоумышленника) и собакой за жизненно важный для собаки субъект или объект. При обучении собаки сложным навыкам (задержание нарушителя, охрана вещи и др.) следует использовать метод оперантного обучения, при этом первоначально отрицательные подкрепляющие воздействия по отношению к ней желательно не применять. Дрессировщик обязан создать такие условия занятий, в рамках которых при обучении специальным навыкам животное всегда бы достигало прогнозирующего результата. Положительные подкрепляющие воздействия собака получает лишь тогда, когда демонстрирует то или иное поведение, желательное для дрессировщика (обычно в начале обучения это не весь сложный навык, а лишь часть его). Например, характер и сила «хватки» тряпки, которой помощник дразнит собаку, должны одновременно являться первоначальной границей формируемого навыка (целью дрессировки на начальном этапе), определяемой дрессировщиком в процессе планирования своих действий, и результатом деятельности собаки. Условия для реализации такой дрессировочной программа должны создаваться самим дрессировщиков, который должен сформировать у собаки адекватную задаче исходную биологическую или социальную потребность, удовлетворяя которую собака может достигнуть прогнозируемого результата, при этом вы целом её эмоциональное состояние должно быть положительным. Как и на всех других стадиях, на стадии специальной дрессировки необходимо (и, может быть, важнее, чем на других стадиях) правильно сформировать границы выполнения навыка. Забвение этого правила ведёт к тому, что собака может выполнить отработанный навык без санкции владельца, например броситься на прохожего и покусать его.

Выделенные стадии дрессировочного процесса при кажущейся условности отражают реальное положение дел. Не миновав первой стадии (адаптации), невозможно грамотно выдрессировать собаку (если под дрессировкой понимать данное выше определение).

Таким образом, процесс дрессировки отличается от процесса научения животного в природе тем, что на разных стадиях дрессировщик сознательно и направленно формирует социальную нишу животного и его ролевые функции, в то время как в природе, в процессе научения, животное может формировать свои функции и социальную нишу не только под активным воздействием членов стаи, но и во многом сообразно своим возможностям и имеющимся «вакансиям» на ту или иную роль.

III. 7. Основные правила

В процессе дрессировки требуется неукоснительно соблюдать основные правила, или так называемые правила трех «П»: постоянство, постепенность, последовательность.

1. Постоянство. Дрессировку животного следует строить по такой схеме, при которой её обучение происходило бы в процессе повседневного общения с дрессировщиком. Таким образом, не следует разграничивать периоды, когда собака дрессируется, от периодов отдыха. Это тем более важно, что послушание или применение специальных навыков требуются от собаки не в условиях дрессировочной площадки, а в повседневной жизни (разумеется, специальную дрессировку трудно вынести за рамки дрессировочной площадки, однако здесь постоянство достигается за счёт смена мест дрессировки, смены помощников и т. д.). Режим постоянства в условиях обучения собаки на стадии адаптации достигается тем, что весь цикл бодрствования собаки во время общения её с владельцем разбивается на более или менее продолжительные периоды дрессировки (прогулок, игр), чередующиеся между собой. При таком режиме собака не устаёт, её внимание фокусируется на дрессировщике и, таким образом, она всегда готова выполнить его команду. Помимо прочего, именно таким образом складываются ролевые отношения дрессировщика и собаки, достигается их постоянное взаимопонимание (контакт) без привязки этих отношений к одному месте — дрессировочной площадке. Поясняя эту мысль, заметим, что при распространённом в настоящее время режиме дрессировки, когда собака главным образом обучается раз в неделю в течение двух часов в одном месте, дрессировщик получает «на выходе» собаку, которая делает все, что ей положено, но только на дрессировочной площадке (если курс обучения прошёл успешно).

2. Постепенность. Данное правило касается режима занятий, вернее, той его части, которая затрагивает выносливость животного к предъявляемым в процессе занятий нагрузкам (как физическим, так и нервно-психическим). В процессе дрессировки бывает сложно избежать физического и психического утомления животного. Здесь важно помнить, что собаку лучше недогрузить, чем перегрузить. Причём это правило касается не только одного занятия, когда применение первого «П» практически предотвращается нервно-психические перегрузки, но и целых циклов. Например, на стадии адаптации установление «социальных границ» следует производить постепенно, то есть не следует пытаться добиться от животного желаемого конечного результата сразу, воздействия него (особенно отрицательные подкрепляющие воздействия) следует усиливать постепенно.

В рамках обучения собаки по курсу защитной службы перегрузки встречаются часто и характеризуются неадекватными данной ситуации элементами поведения собаки, такими, как зевание, почёсывание, попытки поймать свой хвост, направленный на помощника лай и т. д. В этих случаях собаке необходимо срочно дать отдых — переключить на другую деятельность (игру с владельцем, прогулку или любую другую альтернативную активность).

3. Последовательность. Это правило включает в себя несколько положений.

Отработка навыков должна производится с постепенным усложнением. Нельзя требовать от собаки выполнения навыка сразу, всегда и везде. Необходимо сначала добиться чёткого его выполнения в более простых условиях, после чего можно начинать его отработку в более сложных.

Начиная отработку навыка в более сложных условиях, следует строить обучение таким образом, как будто этот навык отрабатывается впервые. К. Прайор называла такой метод дрессировки «возвращение в детский сад». Иначе говоря, в усложнённых условиях необходимо пройти все те этапы обучения, которые проходили в более простых.

Дрессировку следует начинать с обучения более простым навыкам, а затем переходить к обучению более сложным.

Повышать требования к «чистоте» исполнения навыка следует понемногу, так, чтобы у собаки всегда была возможность «заработать» подкрепление. То есть подкреплять на первых этапах необходимо даже нечётко исполненный приём, и лишь постепенно ужесточать требования.

Необходимо разбивать сложные навыки типа «Апорт», «Место», «Охрана вещи», «Задержание нарушителя» на составляющие элементы и на первых этапах подкреплять выполнение каждого из этих элементов в отдельности. Нельзя сразу требовать от животного выполнения всего сложного навыка в целом. Отработав каждый из элементов, следует постепенно объединить их в единую «цепь поведенческих актов», причём построение «цепи» начинается, если можно так выразиться, от «конца к началу», то есть от «финальной: стадии навыка до «начальной».

На начальных стадиях формирования навыка используйте стопроцентное подкрепление правильных действий собаки, постепенно переходя на вероятностный режим подкрепления, что значительно усиливает заинтересованность животного в конечном результате и существенно стабилизирует его работу.

Вводя новые требования к животному при исполнении какого-либо навыка, снизьте требования к не очень важным элементам этого навыка. Например, требуя от животного увеличения скорости возврата на место при выполнении соответствующей команды, не очень ругайте его за неточность и нечёткость «приземления». Постепенно ужесточая требования, добивайтесь чистоту исполнения навыка.

Если качество выполнения требуемого навыка не соответствует очерченным вами границами и дело застопорилось, повторите весь процесс обучения этому навыку, не минуя ни одного этапа. Так будет намного быстрее и лучше. Здесь также работает правило: «возвращение в детский сад».

Мы надеемся, что приведённые в этом разделе правила трех «П» и закономерности, рассмотренные в других разделах главы, помогут вам и вашей собаке не только избежать нервно-психических перегрузок в процессе дрессировки, но и лучше понять друг друга, увидеть то, чего раньше, возможно, не замечали. К сожалению, ограниченный объём главы не позволил привести практические методы дрессировки (то есть дать рецепты, как формировать те или иные конкретные навыки у собаки), но в будущем мы надеемся восполнить этот пробел.

В.С. Варлаков, руководитель комиссии РКФ по РКС
И.И. Затевахин, кандидат биологических наук
1991 год